Успехи Луны (СИ)

— Вы и это знаете? – опешила лучница.

— Должность обязывает, дитя мое, – улыбнулась я. – Вы просто боитесь, что настойчивость и усидчивость Эйджилса превзойдут талант Каэлитары, вот и все. И ваше обещание окажется не исполненным.

— Это так, – тяжело кивнул Мастер.

— Так может быть, не следовало вовсе его давать? Мы все обязаны следить за своими словами. Необдуманная клятва влечет нас ко лжи, а далее к смерти. И есть такие клятвы, от которых надо отказываться любой ценою, пока не стало слишком поздно. Подумайте, сколько таких клятв у вас за плечами, Мастер. Подумайте об этом.

Мастер медленно кивнул.

— Однако, Мастер обязан взять с меня плату за обучение! – опять встрял Эйджилс. Вот куда он лезет? – Вне зависимости от причин его отказа в первый раз.

— Верно, – согласилась я. – Однако теперь при данных обстоятельствах твое обучение имею право оплатить я. Конечно, с твоего согласия.

— Не выйдет! – не дурак, ясное дело. – Вы просто переводите мой долг перед Мастером на себя. Вы делаете меня должным себе!

— И чтобы оплатить этот долг тебе придется всего лишь дать мне одну клятву. Она тебя не обременит, поверь. Сейчас я дам тебе один совет, Эйджилс. Запомни – честь всегда есть жизнь, а бесчестие всегда есть смерть. Жизнь может быть твоя, может быть близких тебе людей, твоего племени или клана – но она всегда есть. Когда ты умираешь в бою, и это не ведет к процветанию твоих близких – это смерть без чести. Понимаешь меня? – Эйджилс медленно кивнул. – Ормлейф умер бесчестно именно поэтому. Наступит момент, и тебе придется выбирать на поле боя жизнь и плен или смерть и свободу. Подумай, и выбери правильно.

— Лучше смерть, чем плен и рабство!

— Далеко не всегда, поверь мне. Надо думать, и выбирать. Но вернемся к клятве. Поклянись, что, когда наступит время в битве, ты выберешь жизнь. Для этого достаточно будет просто вспомнить мои слова и подумать, прежде чем делать свой выбор.

— Звучит так, словно меня склоняют к предательству, – спокойно и задумчиво произнес Эйджилс. – Я не могу принести такую клятву, так как не могу быть уверенным в результате. И не имею права принять вашу плату.

Промах! Остается лишь надеяться, что позднее мне не придется его убивать.

— Какую оплату обучения я должен буду принести вам, Мастер, – обратился Эйджилс к Нэбутею.

— Большой палец твоей правой руки, – последовал ответ.

Викинг отшатнулся в легком ужасе, но быстро взял себя в руки. Дальнейшее произошло мгновенно: движение выхваченного ножа, брызнувшая кровь и упавший на землю палец. Меня это не слишком-то впечатлило, я уже знала, что произойдет. А вот Каэлитара тихо вскрикнула в легком шоке от произошедшего. Побледневший Эйджилс, тем не менее, нагнулся, поднял кровоточащей рукой часть своей плоти, и на ладони протянул ее Мастеру.

— Вот ваша плата, Учитель.

— Хорошо. Теперь ты можешь всем сказать, что учился у меня, и познал все премудрости стрельбы из лука, – мастер взял отрубленный палец, положил себе в карман, и ушел прочь с поляны. Майротуо последовал за ним.

После слова Нэбутея, парень расцвел, не смотря на бледность. Он поднял с земли свой лук и подошел к сухой ветке, обозначавшей позицию для стрельбы. Первые стрелы ушли в молоко – накладывать стрелу на тетиву без большого пальца было сложно, целиться приходилось немного иначе, пропал баланс кисти руки. Но с каждым выстрелом возвращалась твердость рук и чутье лучника. Но, увы, не скорость. Стрелять с той же скоростью Эйджилсу уже было не суждено. Он попробовал взять лук в правую руку, а стрелять левой, но получилось даже хуже. В отличии от меня викинг обоеруким не был, и для развития левой руки ему следовало постараться. Да и держать лук в правой руке без большого пальца явно было неудобно.

— Я не хотела такого, – прошептала Каэлитара.

— Ну да. Ты хотела всего лишь быть лучшей ученицей мастера. Но одним талантом не опередишь того, кто, как Эйджилс, упрямо тренируется. Он ведь и без большого пальца может стать лучшим лучником, чем ты. Подумай об этом.

— Мне не следовало требовать с Мастера такую клятву.

— А Мастеру не следовало ее давать, – согласилась я. – Но с него спрос больше, он старше и опытнее. Впрочем, это не означает, что спроса не будет и с тебя.

— А какого?

— Я не знаю. Но он обязательно будет. Надо просто понимать это, и когда наступит момент, принять его, не сопротивляться. Раскаяться. Иначе наказание станет лишь жестче.

— Сложно.

— Как и вся наша жизнь. Пойдем, Каэлитара. Помочь Эйджилсу сейчас мы не сможем. Может быть, позже, если он выберет жизнь, а не ложную честь.

— Вы так говорите, словно знаете будущее.

— Не все и не всегда. Но это – да, я знаю.

Комментарий к Глава Четвертая. Обязанности должности. Не следую своим правилам – не вычитал, не “причесывал” текст. Надоело. И так, пожалуй, рекорд – вырезанных на возможное будущее фрагментов оказалось втрое больше, чем выкладываемого текста. Поэтому и склеек вагон, и неувязок может оказаться масса.

====== Глава Пятая. Торговля. ======

— Вы готовы заниматься, Темная? – уточнил Небутей, когда я вернулась в его школу.

Меня слегка передернуло от этого прозвища. Не то, чтобы я была против, тем более, что цветом вышла. Но, поняв, откуда разработчики взяли этот квест, «распределив» имена участников и их переводы, мое подсознание отреагировало на это прозвище в устах Небутея несколько неадекватно – в голову полезла похабщина. По идее, мой реальный гормональный настрой вместе с понятиями «любовь» и «секс» остались в прошлом до аварии. Но после воздействия крысиного афродизиака и полуобнаженных танцев на поляне что-то такое снова начало себя проявлять – занятная терапия, однако. На местных мужчин я уже смотрела более заинтересованным взглядом, но усилием воли не позволяла себе расслабиться. Должность обязывала – это раз. Понимала, что это все лишь программы – это два. В реальности я была в этом вопросе строга, и здесь, в Землях, не собиралась менять свои привычки – секс без любви аналогичен алкоголю или наркотикам. Просто бьет по мозгам удовольствием, затягивает в себя, но не приводит ни к чему хорошему в перспективе. К тому же, Луна настаивала на некоторых ограничениях в сексуальных похождениях своих служительниц, и наказывала за это при случае. Она нисколько не осудила Чесслайдрилл, которая целенаправленно утешила Баэльквейта, чуть было не ударившегося в запой, поминая свою супругу. Это косвенно подтвердило, что эльф-командующий уверен в ее смерти, и уже оплакал. Но мои генералы и без этого оказались очень близки, решая вместе все военные вопросы замка, так что то, что их отношения система пролонгировала дальше меня не удивило. А вот сестричкам Джандиире и Зарде в компании с братьями-близнецами скаутами в воскресенье прилетело суточным проклятьем за устроенную оргию. Причем сестер Луна посчитала более серьезно виновными в случившемся. Так что при том, что все четверо, солидно оштрафованные на Выносливость, на празднике чувствовали себя неважно, Зарде и Джандиире чтобы статы вернулись в норму в полночь пришлось хорошенько выложиться в танце на поляне. Так что друг от дружки эти парочки теперь слегка шарахались. Хорошо хоть, что скауты – пока успешно – выполняли мое специальное распоряжение, и в замке раньше завтрашнего дня не появились бы. Вот сейчас по мозгам и ударила аналогия вкупе с памятью о похождениях своих подчиненных. Я отлично понимала, кого именно Нэбутей имеет в виду, называя меня «Темной». К сожалению, одно дело «Темный» – он-то и имелся в виду. Но ведь была и «Темная», на что мало кто обращает внимание. И будь она хоть стократ положительной, целомудренной и верной своим мужьям, но ведь во множественном же числе и одновременно! И раз уж у меня стали возникать подобные желания, да и вдобавок выстраиваться такие аналогии, то стоило также вспомнить собственные жизненные принципы, и следовать им.