Винсент [ЛП]

— Она еще спит, но я думаю, что ей лучше.

Мона закатила глаза, но подавила замечание.

— Где Оливер? — спросил я, не обращая внимания на ее поведение.

— Хотел, поковыряться в своем «Харлее», — ответила как обычно недружелюбно Мона.

— Посреди зимы?

Оливер был не только идиотом, но и хвастуном. Но это его проблемы. Главное, чтобы он оставался в подальше от Эвелин.

— Я ему не нянька, — выдавила из себя Мона.

Она была сегодня особенно раздраженной. Я предположил, что у нее снова не началась течка. Это означало нет потомства… нет позиции альфа-волчицы стаи. Зная о взрывоопасном характере Моны, я подумал стоит ли мне оставаться здесь и не уступать позыву волка. Всякий раз, когда становилось ясно, что потомства не будет, атмосфера в семье становилась напряженной. Я посмотрел в окно, когда услышал звуки двигателя перед домом. Сначала я подумал, что это Оливер в припадке безумия вытащил свой Харли из сарая, чтобы сделать пару-тройку кругов по снегу, но потом я узнал металлик-коричневый «Рэндж ровер» Хэнка.

— Что он здесь забыл? — прорычала Мона, взгляд Фионы стал обеспокоенным, и я был вынужден рассказать им о нашей вчерашней встрече в городе.

— Ну, отлично. Хэнк приперся, совать везде свой нос, — проворчала Мона.

Прежде чем я успел ответить, Хэнк постучал в нашу дверь.

— Я разберусь, — попытался успокоить я Мону.

— Надеюсь, иначе у меня может возникнуть соблазн немного поохотиться.

Я не ожидал, что Хэнк появится здесь так быстро. Хотя снегопада больше не было, старый снег был покрыт скользкой наледью, а лесные дороги не посыпались. Видимо, Хэнк опасался за Эвелин. Мне пришлось сдерживать недовольное рычание, когда я открыл дверь. Это было плохая перспектива на будущее. Мы никому не позволяли и не позволим ковыряться в нашей жизни. Хотя Оливер и хотел бы забыть этот факт, но архаичные времена, когда люди просто бесследно исчезали и их никто не искал, давно прошли. У нас не было бы выбора, кроме как отказаться от нашего насиженного места и искать новое. Мы жили здесь уже пять лет — за исключением туристов летом, для нас это была идеальная среда обитания. Ферма, на которой мы выросли, стала непригодной для жизни, когда неподалеку был построен туристический центр. Если бы кто-нибудь увидел нас в форме волка, на нас началась бы охота. Здесь же было относительно безопасно. Мы знали, в каких областях могли свободно передвигаться, не будучи обнаруженными охотниками или туристами. Нам было бы трудно снова потерять дом, особенно в те времена, когда внутренняя стабильность нашей стаи была достаточно шаткой.