Всего лишь спор [СИ]

Сомаров… Я его ненавижу за то, что он со мной сделал. Так нельзя. Так не поступают. Он, сам того не зная, действительно сломал меня. Я чувствовала себя раздавленной, подавленной, сломанной.

Работа. Вот что меня спасало раньше. А потом поезд. Солдатов, который заставил меня воспринимать Сомарова по-другому. Его поступки теперь не казались мне такими ужасными и противными, как раньше. Как будто он вел себя правильно. Но ведь это было не так, и я это знала.

И дом. Дом, где меня любят и ждут. Где я нужна. Где нет Сомарова, нет работы, и сожительниц тоже нет. Здесь все так хорошо, так идеально, что я должна была догадаться, что именно здесь прорвется плотина. Я сломаюсь.

Я не помню, когда мои рыдания стихли, не помню, как добралась до комнаты. И не знаю, когда уснула вновь. Но проснулась, когда на часах не было еще и шести, в своей кровати.

Поднявшись, я ощутила, как у меня болит горло. И в грудной клетке отзывалась слабая боль. Физическая.

Кое-как добравшись до кухни, чувствуя себя пустой, я налила себе воды и тут же осушила целый стакан. Не помогло.

Мне казалось, что вчера из меня вышло абсолютно все. Боль, отвращение, ненависть, любовь. Все. Была какая-то апатия, и только. И мне нравилось мое состояние. Я чувствовала к нему симпатию.

Отправившись в ванную, я умылась и приняла душ. После позавтракала, вернулась в спальню. Стараясь не шуметь, расстегнула сумку, достала некоторые вещи. Оделась. Вышла в коридор, обулась. Надела пуховик. Прихватила ключи, которые вчера оставила на тумбочке в прихожей, и выскочила за дверь.

Вышла на улицу, пошла на остановку. На часах было семь утра. Воскресение. Город пустовал.

Доехала до центра города, и стала бесцельно ходить по улицам. И мне было хорошо. Природа, свежий воздух, редкие прохожие, и ноль эмоций. Что может быть лучше?

Я бродила долго, присаживаясь на скамейки, когда уставала. Рассматривала здания, деревья. И мыслей не было. Был только вид перед глазами и все.

Я замерла на месте лишь тогда, когда увидела пару. Высокий парень, склонившийся над низенькой брюнеткой, которая стояла на цыпочках, обнимая его за шею. Он поцеловал её, притянув к себе ближе за талию. И это выглядело так… Так прекрасно, и так уединенно. И так больно для меня.

Сомаров вновь вторгся в мои мысли, разрушая такую приятную апатию. То, как он вел себя со мной. То, как смотрел. Он никогда не станет моим.

Я почувствовала укол зависти. Доброй зависти. Мне хотелось того же, но в то же время я была рада за Лешу и Наташу. Он её так держал, как будто она что-то самое ценное и хрупкое в его жизни. А она была просто счастлива, отдавая свою любовь.

Я не заметила, как по щекам вновь потекли слезы. Лишь почувствовала соленый привкус на губах.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я поспешила уйти, надеясь, что они меня не заметят. Я шла так быстро, как могла. От Солдатова, от его девушки, и от их счастья. Стало так горько. Так больно. Снова.

Но на этот раз все было более терпимо. Я старалась взять себя в руки, и не давала эмоциям завладеть собой. Я должна бороться, должна все это пережить. Пусть Сомаров и сломал меня, но у меня есть еще достаточно времени, чтобы склеить себя, и сделать вид, будто я целая.