Разбитое сердце

— О, я знаю. Обожаю смотреть, как он борется, но еще больше я люблю, как он трахается после боя. Он просто животное.

Слезы потекли ручьем из моих глаз. Как же это больно слышать, Боже!

— Второй парень тоже задал жару. Но никто не может обставить Макса.

— Да, ты права. Макс – легенда. Все дело в том, что он идет в бой не только в порыве ярости. На ринге он выпускает всю свою боль.

О чем она говорит, черт возьми?! Я развернулась и мельком взглянула на эту девушку. Высокая привлекательная брюнетка. Она полностью во вкусе Макса. Когда он бывал не со мной, я всегда находила его как раз с такими девушками, как она.

— Ты и это знаешь, Тэм, — ответила подруга с издевкой.

— Да, знаю. Я как раз была здесь в ночь, когда у него произошел ужасный срыв.

Срыв? Я придвинулась ближе, не отводя взгляд от ринга, где все еще боролись Макс и Рейд. Проливалась кровь, и толпа все больше погружалась в дикое неистовство.

— Я знаю Макса, — сказала девушка. — Я видела его в самый тяжелый момент его жизни.

— Я слышала про срыв, — сказала подруга. — Но не видела. Что случилось?

— Это случилось пять лет назад, как раз после того, как он только начал управлять клубом. Он тогда еще был женат, помнишь?

— А, да. На той высокомерной сучке. Даже имени ее не помню, она даже ни разу не приходила сюда.

В сердце что-то екнуло. Они ведь правы – я никогда не появлялась здесь. Когда клуб перешел к Максу, я решила оставаться в стороне. Вот почему я понятия не имела, что он открывает бойцовский ринг. Не знаю, почему он не сказал мне. Неверное, просто потому, что я вполне была счастлива, находясь в неведении. Но так было недолго. Он изменился. Интересно, может, эта девица знает, почему?

— Я как раз была здесь в ту ночь, когда он пришел и избил человека до полусмерти, — рассказывала брюнетка своей подруге. — Он просто потерял рассудок, клянусь. Он был пьян и Бог знает под чем еще. Его охрана разогнала всю толпу, а я была в раздевалке, ждала, пока он закончит бой. Я безумно его хотела, и пыталась уложить его в постель, но он не горел желанием. В любом случае, ты же знаешь, я не привыкла просто так сдаваться.

— Вот шлюшка! — захихикала подруга. — Ну, а если серьезно, что случилось потом?

— Ну, они зашли в раздевалку. Макс был просто в прострации, мне даже пришлось спрятаться. Он разгромил все вокруг, затем начал рассказывать охраннику о том, что с ним произошло. Он что-то рассказывал об аварии, которую видел однажды ночью по дороге с работы домой. Он сказал, что там был ребенок, которого выбросило из машины, и, этот ребенок умер у него прямо на руках или что-то вроде этого.

Меня словно ударили под дых. Внутри все сжалось в безжалостной агонии. Я знала, что была какая-то авария, и Макс рассказывал, что давал показания в качестве свидетеля. Но он никогда не говорил о том, что видел или что пережил тогда. Он говорил, что все было нормально. Он все скрыл от меня. Тогда я не смогла сопоставить все факты в одну картину. Ведь, когда он начал слетать с катушек, уже прошел целый месяц после аварии. Как раз через месяц после случившегося он ушел из дома однажды вечером, и клянусь, вернулся уже совсем другим человеком.