Сладкое зло

Вместо этого я думала о Джее и нашем разговоре прошлой ночью.

Он был взволнован и обеспокоен, узнав о моей поездке с Кайденом через всю страну. Он метался, зажатый между абсолютным благоговением перед ударником «Лэсивиэс» и его преданностью ко мне, как к другу.

Мне пришлось заставить его умолкнуть, когда он принялся распевать: «Анна и Кайден, сидящие на дереве…»

— Что ты улыбаешься? — спросил Кайден.

— М-м, просто вспомнила о своем разговоре с Джеем прошлой ночью.

— С твоим бойфрендом?

Я покачала головой, не позволяя ему портить мне настроение.

— Он предложил мне шутку для тебя: «Как ты догадаешься, что у твоей двери стоит барабанщик?» — Не дожидаясь его ответа, я выпалила: — Стук в дверь будет набирать силу, и… он никогда не знает, когда входить.

— П-ф-ф-ф. Смешной товарищ, этот малый.

Телефон Кайдена зазвонил.

— Я думаю… это твоя мама, м-м… то есть, Пэтти.

Он передал мне телефон.

— Алло? — ответила я.

Мы не проехали еще и часа, а она уже звонила.

Нехорошо.

— О, Анна! Спасибо, Господи!

Мое сердце подпрыгнуло в груди от испуга.

— Что такое? Что-то случилось?

— Я думаю тебе нужно вернуться домой.

— Почему? — Я задержала дыхание и прижала руку к груди.

— Это была плохая идея. Пожалуйста, просто поворачивайте обратно…

Пэтти начала тараторить, как она, обычно, делала в приступах паники.

Я выдохнула:

— Пэтти, ты напугала меня до смерти. Я подумала, что что-то случилось. Послушай, все…

— Нет! Не говори мне, что все в порядке! — Я посмотрела на Кайдена, который кусал свои губы.

Я приложила пальцы ко лбу.

— Я не могу поверить, что я позволила тебе ехать, — произнесла Пэтти. — Мне так жаль. Я самая худшая мать на земле. Просто возвращайся домой. Я свяжусь с твоим отцом и попрошу у него денег…

Когда она начала плакать, я наклонилась к окну, пытаясь сообразить, как ее успокоить. Стараясь сохранять свой голос ровным и мягким, я произнесла:

— Прошу тебя, Пэтти, не проси меня возвращаться домой. Ты сделала правильный выбор. Мне нужно встретиться с Сестрой Рут и моим отцом. Время пришло. Я буду звонить тебе каждый час, если это заставит тебя чувствовать себя лучше.

Сейчас она практически орала. Мое сердце сжималось, а глаза жгли от той боли, которую я слышала в ее голосе.

— Ты самая лучшая мать на свете, — заверила я ее. — Пожалуйста, доверься мне. Мы приняли хорошее решение.

Она издала глубокий вздох.

— Если что-нибудь, я подчеркиваю, ЧТО-НИБУДЬ случится, — сказала она, — Ты должна немедленно позвонить мне. Мне все равно, ЧТО я должна буду сделать, чтобы раздобыть деньги, но один из нас немедленно попадет на самолет, чтобы долететь до другого. Ты меня слышишь?

— Да, мама.

Закончив разговор, я не могла смотреть на Кайдена, передавая ему телефон. Скрестив руки на груди, я наблюдала за проносившейся мимо дорогой сквозь затонированные стекла, ненавидя саму мысль о том, что сейчас Пэтти сидела дома и изводила себя по чем зря.