К чему приводит любопытство и что делать с последствиями (СИ)

Прошло уже два месяца, Джесси больше не звонит, но ничего, мы помиримся, я уверен, он ведь любит меня, а это просто так не проходит. Я тоже не звонил, не до этого как-то. Главарей мы сдали, Кэр сегодня по другим документам улетела к морю. Бояться ни ей, ни мне больше некого, хотя я и так бы никого не боялся. Сам лично с утра смотрел, как их сердце останавливается от введенного в вену препарата. Хорошо, что десять лет назад вновь ввели смертную казнь, это, конечно, не электрический стул, все гораздо гуманнее. Яд в вену, сердце замедляется на протяжении десяти минут, в итоге останавливается, дабы все было точно, после остановки сердца производят кремацию, все, разумеется, при свидетелях.

Жестоко? Нет. Эти люди, не задумываясь, казнили десятки просто ради развлечения. А от поставки наркотиков и оружия погибло ещё больше невинных. Нет, я не идеалист, и если бы их делишки не коснулись меня, а точнее Кэр, друга детства, я бы и мараться не стал, даже ради спасения сотен людей. На смену этим главарям придут другие, и не факт что, будет лучше, а скорее всего, даже хуже. Известное зло все же лучше.

Стоило Кэр улететь, как я набрал номер Джесси, заблокирован. Поймал такси и отправился домой. Квартира встретила звенящей тишиной и неуютной пустотой. Он уехал, сменил номер, в принципе, не удивительно. Но для успокоения своих нервов я разбил пару ваз, зеркало в душе, посуды на кухне не осталось. Я в бешенстве, в ярости, я зол. Самое противное, что на себя! Дурак ты, Ворон. Но ничего, я его найду, найду и верну.

Я включил компьютер, он загрузился довольно быстро. Не знаю, для чего, но я зашел на почту. Страница долго грузилась, и моему взору предстал электронный ящик лисенка. Что это за письма, с одного и того же адреса? Ха, в каждом фотографии меня и Кэр, откуда? На протяжении двух с половиной месяцев на его ящик приходили фото, даже гадать не нужно, что он подумал и почему все-таки не дождался, не дотерпел. Судя по тому, что за последние два месяца письма не прочитаны, почту малыш тоже сменил. Внутри начала подниматься глухая ярость. Какая скотина умудрялась нас снимать и догадалась эти фото отправить Джесси!? Найду – убью!!!

Долго выяснять, куда делся мой мальчик, не пришлось, выставка в Лондоне. Так же, как и не пришлось долго искать ту сволочь, которая так удружила. Кристиан, наш старый знакомый. Видимо, до парня с первого раза не доходит, придется объяснить ещё раз. Все это заняло пару дней. И я вылетел в Лондон.

С Ромом мы виделись около получаса. Я поздравил друга с беременностью Лиз. А он высказал мне, какая я сволочь. Посоветовал не показываться на глаза его будущей жене, так как та сейчас вся на нервах. Они тоже, кстати, полетели на выставку. Ром посоветовал мне подумать, подумать о наших с Джесси отношениях и решить, действительно ли я его люблю, потому что, если нет, и я его верну, а потом снова брошу, будет перебор. Да, он прав, но я уже все обдумал, я во всем уверен, нужно только в этом убедить моего лисенка.

Сегодня нервный день, я выспался и даже чувствую себя лучше. «Конечно, потому что проснулся в районе обеда» – вякнул разум, но все равно мне не легче, сегодня открытие выставки, будет много людей и также много репортеров. Завтрак-обед в рот не лез, поэтому я быстренько оделся, захватил костюм на вечер и отправился в галерею.

Мы молодцы, все успели в срок, остались лишь мелкие приготовления: натереть полы в залах, накрыть фуршет и ещё раз проверить освещение. Я повесил свой вечерний наряд в комнате отдыха и вышел в зал. Не спеша я обходил всю выставку, просматривая работы. Кажется, все идеально, каждая на своем месте. Я доволен.

- Привет, – раздался тихий шепот у меня над ухом. Я вздрогнул от неожиданности и от щекотных мурашек.

- Чак! Напугал! – возмутился мой автоответчик. Пока сам я пытался оторвать взгляд от «Тайны моего сердца» и вернуться в реальность, жестокую и холодную.

- Что ты тут делаешь так рано? Обедал?

- Нет.

- Зря, пошли в кафе.

- Я не хочу, кусок в горло не лезет, – попытался отговориться я.

- А надо. Пошли, пошли. Чего так нервничаешь? Все отлично пройдет.

- Угу.

- Не «угу», хватит дергаться! – Чак внимательно посмотрел на мою не сильно воодушевленную моську. – Жалеешь, что его нет рядом, – то ли спросил, то ли просто констатировал факт он. Я мотнул головой и пожал плечами.

- И что это значит? – я повторил это движение. Жалею ли я? Конечно, да. Я бы хотел, чтобы он был рядом всегда, чтобы любил. Но, увы и ах! Это все не для него.

Обед прошел в тишине, кратко повторили, что и как будет проходить, выпили по три чашки кофе и через пару часов вернулись в галерею, я скрылся в душе. Горячие струи расслабляли и успокаивали. Наплескавшись вдоволь и, кажется, немного успокоившись, я замер у зеркала. «Опять похудел, нужно отъедаться» – заметил разум. «Ага, а то скоро одни косточки останутся» – фыркнуло самолюбие. Я провел пальцем по татушке за ухом, спустился к шее и обвел еле заметный след от зубов на шее. С губ сорвался какой-то судорожный вздох. Перед глазами встал образ Каина, вот он обнаженный стоит сзади и легко, массажными движениями втирает в мою синюю от засосов шею заживляющую мазь. По телу прошла волна возбуждения. «Только этого не хватало» – выругался кто-то в моей голове. Я приложился лбом к зеркалу, рукой обхватывая свой уже гордо стоящий член. Докатился, раньше меня всегда ласкал он, а теперь сам. Черт! Нужно смириться, просто смириться, и все пройдет. Когда-нибудь пройдет – убеждал я себя, все резче двигая рукой и, как идиот, представляя его руки на своем теле, его губы.

- Люблю, – прошептал я в момент разрядки. На душе было мерзко. Сполоснувшись и уничтожив следы своей преступной деятельности, я оделся и при полном параде вышел в галерею, У входа уже начали собираться журналисты.