Антисоветчина, или Оборотни в Кремле
- Автор: Шамбаров Валерий Евгеньевич
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-9265-0576-1
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Антисоветчина, или Оборотни в Кремле». Краткое содержание книги:
Кстати, Манделу Хаусу очень не нравилось и русское Православие. А поскольку Вильсон, как отмечалось выше, был фанатичным протестантом, “серый кардинал” вполне находил у него понимание, убеждая президента, что эта вера “слишком ортодоксальна”, поэтому русские вообще не являются “настоящими христианами”. В общем, для интеграции России в “новую мировую систему” Православие считалось желательным тоже разрушить и заменить религией “наподобие протестантских” [6].
Нетрудно увидеть, что с 1917 г. события начали развиваться как раз по тому сценарию, который получил отражение в архивах всемогущего президентского советника. Ясное дело, реализовывал проекты не он один. Участвовали в выполнении “плана Хауса” американские и европейские политики, участвовали западные дипломаты и спецслужбы. Участвовали и русские революционеры, общественные деятели — хотя из них только считанные единицы знали, на кого они, в конечном счете, работают и чей заказ исполняют. Но были и такие, кто это знал.
2. МИР И “МИРОВАЯ ЗАКУЛИСА”.
Понятие “мировой закулисы” ввел в обиход великий русский философ И.А. Ильин. А сложилась эта “закулиса” во второй половине XIX в. благодаря традиционной практике, когда доступ тех или иных лиц в среду крупных банкиров и промышленников осуществлялся, как правило, через систему браков. Практика в общем-то понятная. Семейные связи были удобны для поддержания кредита доверия, для более успешных операций, концентрации капиталов, охвата новых сфер деятельности.
Так, в Австро-Венгрии, Франции, Англии заворачивали делами три ветви Ротшильдов. Они были в родстве с германскими банкирами Варбургами, британскими Мильнерами, российскими Бродскими, Варбурги породнились с российскими Гинзбургами. Представителем Ротшильдов в США стал Дж. Морган, быстро выдвинувшийся на роль ведущего банкира Америки. Еще один сотрудник Ротшильдов, Яков Шифф из семьи франкфуртских банкиров, тоже переехал в США, женился на дочери некоего Куна и поступил в его фирму “Кун и Лоеб”. Путем браков в компанию “Кун и Лоеб” вошли братья гамбургского банкира Макса Варбурга Пол и Феликс, представитель семейства финансистов из Мангейма Отто Кан. Благодаря этому “Кун и Лоеб” стал вторым по значению банком США после компании Моргана. Шифф был также связан с Гарриманами, Гульдами, Рокфеллерами, Оппенгеймерами, Гольденбергами, Магнусами, ведущим британским производителем оружия Виккерсом. А была и швейцарская ветвь Варбургов, двоюродных братьев Макса. В родстве с Варбургами были датские банкиры Дель Банко. С ними были связаны также британские и германские Шредеры…
Таким образом возник своеобразный “финансовый интернационал”. Но банкирские круги через подконтрольную им прессу определяли и “общественное мнение” различных стран. И имели значительное влияние на правительства. В демократических державах такое влияние было абсолютным, поскольку победа на выборах определялась финансовыми возможностями сторон. Связи между политическими и деловыми кругами тут даже и не скрывались, и сама политика направлялась в зависимости от интересов американских, британских, французских банков и промышленных корпораций. В государствах монархических, особенно в России, влияние было значительно слабее, но оно все равно существовало, проводилось через “покровителей” крупных компаний в правительстве, окружении царя.
А кроме родственных связей деловые и политические круги различных государств переплетались другими — масонскими. Это тоже было полезно с практической точки зрения. Обеспечивало поддержку, взаимопомощь, нужные знакомства, координацию действий. Так, упомянутый Яков Шифф добился успехов не только благодаря своим качествам гениального финансиста, но и из-за того, что являлся членом иудейской ложи “Бнайт брит”, став в ней одним из высших иерархов. Высокопоставленным масоном был и полковник Хаус — несомненно, это сыграло определяющую роль в его карьере. Впрочем, без принадлежности к “вольным каменщикам” с некоторых пор карьера была практически невозможной в британской, французской политике, в армиях и спецслужбах западных держав.