Золото Колчака

ЗАГРАНИЧНЫЕ «ПУТЕШЕСТВИЯ» РУССКОГО ЗОЛОТА. ВНЕШНИЕ ЗАЙМЫ

Накануне Первой мировой войны императорская Россия занимала третье место в мире по размерам золотого запаса, уступая США и Франции. На 1 января 1914 года золотой запас России оценивался в 1695 млн руб. (без учета так называемого «золота за границей», хранившегося на счетах в иностранных банках для обеспечения расчетов и поддержания курса рубля). На январь 1915 года золотой запас Франции оценивался в 168 млн ф. ст., России — 150 млн, Англии — 90 млн.

Золотое содержание рубля, согласно Монетному уставу 1899 года, составляло 0,77423 грамма чистого золота.

Физически основная часть российского золота — в монетах и слитках — находилась в хранилищах Государственного банка в Петербурге, переименованном в 1914 году в Петроград. С началом Первой мировой войны, продолжавшейся вопреки ожиданиям не месяцы, а годы, начались и путешествия российского золотого запаса. Часть золота была отправлена в Англию, для поддержания курса фунта стерлингов; в этой валюте кредитовались союзники Великобритании. Несмотря на переход на золотой стандарт, при международных расчетах рубль практически не использовался, в то время как фунт стерлингов обслуживал около 80 % мировой торговли. Российское золото фактически служило обеспечением кредитов, и нетрудно было предположить, что в страну оно уже не вернется: больно велики были заимствования, и России было бы чрезвычайно затруднительно вернуть долги в срок.

Финансовую политику союзников по отношению к истекающей кровью России и современники, и большинство исследователей оценивали как по меньшей мере сомнительную в моральном отношении. «Значит, с ножом к горлу прижимают нас добрые союзники — или золото давай, или ничего не получишь. Дай Бог им здоровья, но так приличные люди не поступают», — говорил на заседании Совета министров 19 августа 1915 года государственный контролер П. А. Харитонов. На некорректность поведения союзников указывал и главноуправляющий землеустройством и земледелием А. В. Кривошеин: «Они восхищаются нашими подвигами для спасения союзных фронтов ценою наших собственных поражений, а в деньгах прижимают не хуже любого ростовщика». Союзники, подчеркивал он, ведут себя «чересчур благоразумно» за счет России. Однако дело обстояло не так просто. «Мы тоже, — возражал Кривошеину министр иностранных дел С. Д. Сазонов, — благоразумно отступаем, когда наши неисчерпаемые резервы допускают риск сражения, даже не одного, а нескольких. У французов же все в окопах, резервов у них нет, и риск для них равносилен гибели». Харитонов, заметив, что неплохо было бы «поприжать» союзников, отметил ради справедливости заслуги Англии: «Без ее флота Петроград давно бы не существовал».