Дневник мага (СИ)

Глава 4

Спустя три дня Мари умерла.

На кладбище, под дождём, мы провожали её в последний путь. Я дословно запомнил речь священника. "Когда мы умираем, мы забираем себя и чужие слова туда , где хранится Идеал Мира. Там мы абсолютно свободны от этих слов, и они копятся, хотя сказавший их ещё живёт на земле. Говорите добрые слова, и тогда ваша копилка оправдает ваш жизненный путь". Речь пастора носила евангельский характер, была сплошь умаслена цитатами из Священного Писания.

Анн не была сломана утратой, но что-то в ней изменилось. Через три дня она призналась мне в любви. Я попросил её подождать, ведь я любил Мари. Анн погрустнела, приосунулась. Голос её стал вязок, ершист. Она плохо управляла речью. Её белокурые волосы стали ломки. Волосы, утратившие спокойствие. Женское тело, застывшее в ожидании.

Чтобы выйти из ступора, а попросил Анн съездить со мной в Швейцарию, посмотреть Альпы и освободится от горя. Анн охотно согласилась и повеселела. Маргарет мы взяли собой. В Берне была отвратительно мерзкая погода, дул холодный ветер, промозглый, проникающий прямо в душу. Мы бродили вдоль холмов, одетые как по зиме. Иногда я зарисовывал в блокнот очертания вершин, наскоро, но без помарок. Анн слышала музыку. Ей нравился Паганини и Крейслер.

С церкви мы молились о душе новопреставленной. Добрые католики вторили нам со всем религиозным пафосом. Вообще, церковь вызывала у меня чувство страха. Магия была ближе мне как язычнику. Все эти "рабы Божие" вызывали негодование во мне. Я мнил себя свободным от всего, даже от собственных мыслей. Я хотел делать что хотел. Поэтому я быстро сдался Анн, и мы обвенчались. Язычество моё обрело оттенки внутреннего пространства, куда Христу путь воспрещён. Только внешнее ещё было отдано церковным законам.

Вернувшись из путешествия, я отдался политической деятельности и журналистике. Анн рисовала ночи напролёт, я был её одновременно учителем, и учеником. Она делала все правильно, её черты работы отражали её твёрдый и сильный внутренний мир. Мари была слабее её. В музыке Анн черпала сюжеты своих рисунков. Особенно ей нравилась китайские иероглифы, японская каллиграфия. Дети были излюбленной темой. Анн хотела родить мне ребёнка и мы очень преуспели в этом, и в конце марта мы стали счастливыми родителями кучерявой малышки по имени Джеси.

В политике я также преуспел: меня наконец-то выбрали в парламент. В апреле я три раза посещал Лондон. В Тауэре я взял на память камешек, даже больше для магических практик. Там же познакомился с древней старухой еврейской национальности по имена Раиса. Она была из России. Я полюбил её всем сердцем и взял к себе во Францию. Пусть она растит моих детей, решил я. Раиса обучала их английскому и латыни. Она кое чему научила и меня в магике. Моя магика разрослась до манеры Мастера. В мае меня посвятили именно в Мастеры за выдающиеся заслуги.

"Ты Мастер?"

"Я Мастер".

"Ты веришь в Бога?"

"Бог верит в меня"

"Ты веришь в братство?"

"Брат верит в меня"

"Ты доверяешь женщине?"

"Я доверяю только Великому Архитектору".

... Я и братья-масоны. Серьёзные лица, серьёзные одеяния.

"Ты восприимчив к злу. Меньше полагайся только на добро. Из зла выходят занимательные кирпичики для строительства личности и характер. Брат Евсей, будь осторожен с Добром. Чистое Добро убивает всё человеческое".

"Брат Евсей, держись подальше от служения Женщине. Ты должен соблюдать безбрачие в постели, только ласки разрешены ученику. Тем более Всевышний подарил тебе ребёнка, так что путь твой необходимо самоутверждать на основе служения Братству, но не влагалищу".

"Ты Мастер?"

"Я путь".

"Ты веришь в Бога?"

"Я верю в путь"

"Ты веришь в Братство?"

"Братство дало мне путь"

"Ты доверяешь Женщине?"

"Я родил Путь, Путь мой закон".

Анн мы посвятили в Женское Братство звезды Северной. Счастью её не было пределов. Мы забыли про секс, иногда предаваясь умопомрачительны ласкам. Я научился доводить её до оргазма только манипуляциями языка, когда она лежала на животе. широко раздвинув ноги. её тело было превосходным аккумулятором сексуальной силы. ею она делилась и со мной посредством оральных ласк.

Прогуливаясь по лесу, мы держались за руки и смотрели в небо. На Анн было лёгкое платье. Мне захотелось её приласкать прямо у дерева. Я находил её тело священным сосудом, который необходимо наполнять раз от разу со всем уважением к его происхождению.

- Анн, скажи для чего мы приходим в этот мир?

- Чтобы собирать чужие мысли, копить их, строить из них воздушные замки.

- Но эти воздушные замки легко разрушаются.