Во главе действующего флота: система управления морскими силами России накануне и в годы Первой мировой войны

До сих пор в нашей стране не опубликовано ни одной полноценной научной биографии высших руководителей морского ведомства периода Великой войны — морского министра адмирала генерал-адъютанта И. К. Григоровича[34] и начальника Морского генерального штаба и Морского штаба главковерха адмирала А. И. Русина. Единственным представителем морских органов ставки, ставшим персонажем сравнительно крупной биографической работы, стал контр-адмирал (1917 г.) А. Д. Бубнов, возглавлявший Военно-морское управление при верховном главнокомандующем осенью 1917 г.[35].

Среди командующих флотами героями капитальных биографических исследований стали только адмиралы Н. О. фон Эссен и А. В. Колчак. Однако если произведение Б. А. Шалагина о командующем Балтийским флотом[36] относится к жанру исторического романа и не может быть отнесено к научным исследованиям в строгом смысле слова, то перипетиям жизни А. В. Колчака посвящен целый комплекс основательных монографических работ[37]. Эти сочинения, регулярно выходящие в свет с начала 1990- х гг. и носящие откровенно апологетический характер, с достаточной полнотой раскрывают политические, научные, личные аспекты биографии адмирала. Новейшая работа А. В. Смолина, отличающаяся опорой на многие ранее не известные оригинальные документы и взвешенными оценками, посвящена деятельности командующих флотами Балтийского и Черного морей — А. И. Непенина и А. В. Колчака — в начале завершающей кампании Первой мировой войны[38]. Однако автор, детально реконструировав реакцию адмиралов на революционные события, оставил за скобками собственно военный компонент работы командующих и их штабов в годину политических потрясений. Деятельность же А. В. Колчака как военно-морского руководителя, к сожалению, по сию пору не становилась предметом самостоятельного исследования. Наша журнальная публикация[39] может рассматриваться лишь как первый шаг к разработке этой актуальной темы.

При всем этом нельзя, разумеется, утверждать, что личности российских адмиралов и морских офицеров периода Первой мировой войны остаются вне поля зрения отечественных исследователей, о чем свидетельствуют публикации в сборниках биографических очерков[40], материалах научных конференций и чтений[41], сборниках статей[42] и периодической печати[43]. Вместе с тем, несмотря на очевидное повышение интереса к этой тематике в последние годы и устранение довлеющих идеологических догм, российская военно-историческая наука далека от исчерпывающего решения задачи выявления вклада должностных лиц в развитие теории и практики военного управления и военно-морского искусства в 1914–1917 гг. В сравнении с обширной и многогранной литературой об отечественных флотских деятелях других войн первой половины XX века, биографический сегмент «морской» историографии Первой мировой войны по сей день выглядит малоубедительным.

Особого внимания заслуживают исследования деятельности адмиралов и офицеров Первой мировой войны, принадлежащие перу представителей русского военно-морского зарубежья. Оказавшиеся в изгнании моряки возвращали истории имена своих сослуживцев, которые в советской историографии либо замалчивались, либо подавались исключительно в негативном свете по идеологическим мотивам[44]. Несмотря на то, что эти сочинения носят в большинстве своем чрезмерно политизированный характер, они представляют несомненный научный интерес, так как содержат малоизвестные подробности жизненного пути исторических персонажей, проливают свет на мотивы некоторых управленческих решений.