Девушка в зеркале [litres] [The Girl in the Mirror]

Но о чем это я размечталась? Тарквин заболел. Похоже, что у него отгнивает пенис. Времени на выпивку и флирт не будет. Сто пудов.

– Мы попали в серьезный переплет, Айрис, и не можем рассказать обо всем просто первому встречному. Только тем, кому стопроцентно доверяем. – Саммер примолкает.

– Ну, мне-то уж можно рассказать, – говорю я.

– Конечно, – отзывается Саммер. – Как я только что сказала, это нужно держать в тайне. Дело в том, что разрешение на временный ввоз «Вирсавии» просрочено. Мы уже оформили выход из Таиланда. Приготовились к отплытию, но тут такие классные пляжи… В общем, подумали, что можно провести тут еще пару недель на тихой якорной стоянке и никто ничего не узнает. Мы и представить не могли, что Тарквин вдруг заболеет. Очень некстати! Если таможня узнает, что «Вирсавия» до сих пор в Таиланде, ее конфискуют. Народ здесь замечательный, но коррупция просто жуткая.

Саммер подает это так, будто коррупция – типа какая-то болячка вроде малярии и что бедный Тарквин страдает не по причине какого-то их собственного косяка. Но мне слишком уж хочется узнать побольше, чтобы препираться с ней.

– Так от меня-то ты чего хочешь?

– Ой, Няшка, даже не знаю, как и просить тебя о таком большом одолжении!.. Адам – неплохой яхтсмен, но у него опыт в основном прибрежных плаваний. А ты сама знаешь, что такое открытое море. До Сейшел реально длинный переход, две недели как минимум, а конец сезона уже на носу. В апреле пойдут тайфуны, но мы по-любому не можем ждать до апреля. Нам нужно вывести «Вирсавию» из Таиланда прямо сейчас. Ты всегда была такой отличной яхтсменкой, Айрис!.. Мы оплатим тебе перелет, естественно, и Адам говорит, что ты можешь выбрать любые вахты, какие захочешь.

Пока Саммер говорит, я отступаю обратно в ее спальню и подхожу к эркерному окну. Далеко внизу яркими искорками поблескивает вода, закручиваясь водоворотами вокруг побелевших от солнца камней. Просто не могу позволить себе поверить словам Саммер. Все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я уже растаяла, просочилась через стекло и теперь лечу над океаном, обернувшись радостным оттенком аквамарина.

Теперь на заднем плане – голос Адама. Низкий, глубокий, с характерными сейшельскими модуляциями. Не слышал ли он наш разговор всю дорогу? «Скажи ей, что я возьму на себя все ночные вахты», – подсказывает он. Голос становится тише, но по-прежнему смутно слышен. Прижимаю телефон посильнее к уху и прикрываю глаза, напряженно вслушиваясь.

«Веришь или нет, но Айрис и вправду обожает рулить ночью», – отвечает Саммер. Когда она обращается к Адаму, ее голос становится ровным, плавным, чуть ли не игривым. Неудивительно, что я едва могу вытерпеть хотя бы несколько минут в компании своей сестры и ее мужа.

Но, похоже, мне не придется провести особо много времени с ними обоими. Судя по всему, план состоит в том, что Саммер останется в Пхукете с Тарквином и его опухшими гениталиями, а я оставлю позади свою неудавшуюся работу, неудавшийся брак и неудавшуюся жизнь и двину через Индийский океан на яхте, которую любила с детства. И кто же отправится вместе со мной? Мой зять – богатый, красивый, харизматичный Адам Ромен!