Дети природы. Возрождение

Самый крупный всадник спешился и передал щуплому поводья своей лошади. Он снял капюшон, обнажив совершенно лысую, круглую голову на мощной потной шее. Мужчина подошел к главе общины, став к нему нос к носу, и зарычал:

— Мы ехали сюда треклятые сутки! Обратно, груженые твоей вонючей рыбой, будем ехать еще дольше! Король сказал сдать подать! Или ты не выполняешь приказов Короля? Так мы быстро решим эту проблему... — И он схватился за рукоять своего меча.

В тот же момент молодой рыбак, сотрясаясь от гнева, стукнул по столу кулаком и хотел кинуться на человека короля, но Валентий крепкой рукой медленно усадил его на место.

— Оставим людей, пройдемте в мой дом, — сказал глава и зашагал к хижине.

Лысый и щуплый сразу последовали за ним. Остальные всадники спешились и велели напоить лошадей. Старшая дочь главы, Еления, стала увлекать их в сторону скотного двора, где стояли корыта с водой. Последний из сборщиков подати, проходя мимо сидящей с краю девушки, провел рукой по ее густым черным волосам и смачно улыбнулся, обнажив кривые зубы.

— Вот это куколка! — пропел он, пуская слюни.

Найна отпрянула, стряхнув его руку.

— И бойкая какая, смотри... — кривляясь, тянул слова.

Миро, не выдержав, подскочил со своего места и разгневанно произнес:

— Убирайтесь за своей податью!

— Ладно, ладно... — гоготнул сборщик и, бросив последний взгляд на девицу, ушел.

Ясмина шла по улице. По той самой, устеленной гладким серым булыжником. Над ней нависали дома: бедные, деревянные, на некоторых из них ставни были сорваны, а двери выбиты. Вокруг царила тьма, только холодный лунный свет освещал Ясмине путь. Но она знала дорогу. Еще несколько домов. Вот — выкрашенный яркой зеленой краской, за ним

— единственный, сложенный в этом переулке из камня, а теперь — серый, покосившийся, но в котором всегда горит свеча. Потом еще два дома, и вот она — дверь в тупике. Ясмина коснулась ее потрескавшегося облупленного дерева, и острая заноза больно вонзилась в ее палец. Девушка вскрикнула и прижала ранку к губам. Она чувствовала тревогу и приближающуюся опасность, но знала, что спит и не верила ощущениям.

Звуки реальности разбудили Ясмину. За окном была глубокая ночь. Она разглядела вернувшегося в хижину отца. Приподнявшись на лежанке, девушка спросила:

— Уехали?

Отец коротко кивнул головой.

— Забрали все запасы. И рыбу, и моллюсков, и рапанов... Даже вино! Дармоеды, — зло рявкнул Миро.

Вдруг раздался душераздирающий крик. Миро и Ясмина выскочили на улицу. В трех хижинах от них в отчаянии металась женщина. Она хваталась за голову, тянула руки в сторону моря, то моля, то проклиная Соленого Бога Воды.

— Украли! Увезли Найну! Нигде нет моей девочки!

Услышав имя, Ясмина поняла, что кричит Илания, мать Найны и Лория. Из хижин выбежали рыбаки и их жены. Все окружили женщину, стараясь разобрать ее слова. Через толпу пробился Валентий. Один из взрослых рыбаков прошептал ему что -то на ухо. Глаза главы сверкнули яростью. Он назвал нескольких мужчин и удалился в свою хижину. Отмеченные рыбаки невесело переглянулись и последовали за ним.