Генри Смарт и секрет золотого кубка [litres]

– Стоп, мы пришли, – Хильда ведёт меня через ворота прямо к стоящим тут на якоре яхтам.

Кораблики тихо покачиваются на воде, всё выглядит очень мирно. Совсем не похоже на опасное задание под лозунгом «Спасение мира» – скорее на расслабленный морской отдых с рыбалкой, нырянием на глубину и плаванием.

– Вон он, впереди, – Хильда указывает на средних размеров парусник с красным корпусом.

– Слушай, и ты хочешь сказать, что на этой фитюльке вы приплыли из Байройта в Сан-Франциско?! И вообще – Байройт же в центре Германии. И путешествовать оттуда на кораблике как-то уж совсем непрактично.

Хильда лукаво улыбается:

– Ты недооцениваешь этот кораблик. Взгляни на название!

Я подхожу ближе, чтобы прочитать надпись на носу. «Ксертон 2». КСЕРТОН! По спине у меня бегут мурашки! Ксертон – это же штаб-квартира агентурной сети Вотана в Байройте. Сюда сходятся все нити, здесь обучают агентов, здесь Локи колдует над новыми гаджетами, а Вотан разрабатывает новые операции. Но какое отношение имеет к этому маленькая красная яхта?

– Эй, ну наконец-то вы пришли! – доносится до нас с борта яхты. Я никого не вижу, но тут же узнаю голос. – На четвереньках, что ли, ползли? Почему так долго? – Резкий, какой-то самодовольный смех. Никаких сомнений: на борту яхты «Ксертон 2» находится герой Зигфрид. Вот и сам он, вынырнув из-за мачты, приветственно машет нам рукой. Хильда раздражённо фыркает.

– Привет, Зигфрид, – кротко отвечает она на его приветствие. – Ты, видимо, никакого представления не имеешь о размерах Сан-Франциско. Неудивительно. Тот, кто всю жизнь провёл в такой дыре, как Байройт, наверняка считает, что до любой точки мира можно за пять минут добраться на велосипеде.

Я уже говорил, что Хильда с Зигфридом терпеть друг друга не могут? Нет? Но это так. Зигфрид – самовлюблённый герой и внук Вотана. Поэтому тот его очень ценит, что жутко бесит Хильду. Обычно она не упускает возможности придраться к Зигфриду. Вот как сейчас. Хотя её замечание всё-таки не совсем справедливо. Зигфрид, конечно, небольшого ума, но он наверняка знает немало крупных городов. В конце концов, он, будучи агентом, достаточно много путешествует – и в нашей последней операции в Лондоне, само собой, тоже участвовал.

Пропустив колкость Хильды мимо ушей, Зигфрид демонстрирует нам сияющую улыбку, которая здорово напоминает рекламу зубной пасты.

– Ну, поднимайтесь уже на борт, ребятки! – покровительственным тоном говорит он. – Локи с Вотаном ждут вас и прямо-таки вовсю делают вид, будто вы действительно играете важную роль в нашей следующей операции.

Он опять заливается смехом и проводит рукой по густым светлым волосам. Жутко самодовольный и какой-то дурацкий жест. Мне тут же приходит в голову, что Зигфрид сильно раздражает не только Хильду. Меня в нашем прошлом приключении он тоже бесил.

Мы с Хильдой молча поднимаемся на борт яхты, Зигфрид идёт впереди, показывая нам дорогу к трапу, узкой, крутой лестнице, ведущей внутрь яхты. Внизу нас ждёт огромный сюрприз – в самом прямом смысле слова. Потому что мы оказываемся в помещении, которое выглядит по меньшей мере раз в пять больше, чем вся яхта снаружи. И в то время как сверху на палубе кораблик кажется совершенно обыкновенным, здесь, внутри, он почти точная копия Ксертона в Байройте: на стенах большие экраны, куча непрерывно мигающих и попискивающих компьютеров, а в центре стол с пультом управления и ещё тремя компьютерами. Ну ладно, пространство здесь, внизу, чуть поменьше, чем в настоящем Ксертоне, но однозначно больше самой яхты. Что, вообще-то говоря, невозможно. Во всяком случае, если бы эту яхту строили люди. В божественном судостроении, вероятно, всё иначе. Тут внутри всё больше, чем снаружи.