Два пальца в рот

Главным доказательством выступало собственное тело. Для пущей убедительности Вика дернула на груди топ – ткань легко разошлась. Проверила фотографию в памяти глазка – Василий на ней улыбается, видно, что доволен происходящим. Мятая коробка на полу тоже хороший признак бывшей в этой комнате борьбы, вот только зачем камин…

Вика посмотрела на часы – до прихода родителей время еще было, дрова уже догорают, комната успеет выветриться. Нужно просто подождать. Когда они вернутся, она будет лежать к ним спиной, будет плакать, а потом расскажет все дрожащим голосом.

Она избавится от Василия, который грозил сам стать мучительной навязчивостью.

Так сытая Вика, не подумав о будущей голодной Вике, решила сразу эту угрозу пресечь.

Впервые все окна в доме были раскрыты настежь. Легкая дымчатая тюль прятала от случайных глаз репетирующую на диване девушку. Она хныкала, сотрясалась, представляла, как испуганно отдернет плечо, когда до нее дотронется отец, как вскочит с места и будет смотреть затравленно, уничтожено.

Блаженный отлив, как в детстве. И ни один муравей не пострадал. Вика довольно хмыкнула, выдохнула, потянулась, с удовольствием ощущая свое новое тело, закрыла глаза.

В спокойной с красноватым отливом темноте пусто. Только светлое пятно пульсирует справа, то приближаясь, разбавляя собой темноту, то вновь бледнея, отступает. И вдруг в эту темноту ворвался огонь. Сначала Вика увидела танцующие всполохи, потом различила комнату за ними. Огонь висел на легкой тюли, грыз спинку дивана, на которым она лежала, проедал черные дыры в ковре.