Метаморфозы смутного времени

Последняя фамилия воскресила в памяти другой случай. Баймухаметов, сокол казахских степей, был мастером своего дела. После того, как Андрей Алексеевич обучил его, молодого солдатика, бед отделению он не приносил, делал всё обстоятельно, безошибочно и быстро. А вчера сам себя превзошел… Впрочем, подумал Андрей Алексеевич, так и должно быть!

А было так! Когда пусковая установка с марша, экономя секунды, влетела в отрытый для нее саперами окоп-укрытие, без задержки началась перегрузка очередной ракеты «на себя». Тогда и выяснилось, что справа не хватает пространства, чтобы распахнуть дверцы дизель-электрического агрегата, без запуска которого пусковая работать не может. Причина оказалась банальной – не позволяла глыба несрезанного грунта, почти вплотную прижавшаяся к пусковой установке. Ефрейтор оценил обстановку мгновенно! Через узкую щель он как-то втиснулся в отсек дизель-электрического агрегата, запустил его, а далее, чтобы все-таки открыть дверцы, как положено по инструкции, стал ногтями и ладонями отрывать и отбрасывать слежавшийся веками грунт. Никто и не заметил столь ожесточенной и самоотверженной борьбы, поскольку задержки в подаче электропитания не произошло, но после выполнения задачи, прежде чем в составе батареи убыть с технической позиции, Андрей Алексеевич привычно обежал пусковую установку. Тогда и обнаружил результаты странных «раскопок». «Неужели руками?» – изумился он.

– Покажи ладони! – приказал Баймухаметову Андрей Алексеевич, заглянув с подножки в его рубку. – Всё ясно! – подвел он итоги, одобрительно улыбаясь ефрейтору. – Ты у нас не только орел, но и крот, как оказалось! Молодец! Скажешь сапёрам при случае спасибо за то, что ширину укрытия не выдержали!