Блондинки с Терры

За Катькой мне было тяжело угнаться, поэтому на поляну я прибежала позже нее, но взглядом сразу наткнулась на него. Эльф! Воплощенная мечта всей моей жизни, истекал кровью, защищаясь от огромного волка. И тут я услышала детский плач. Дальше тело сработало само, я вытащила из сумки бутылку серной кислоты, плеснула в морду псине, что отделяла меня от воина, выкатилась к нему под ноги, закрутила крышку, проверила, что на себя не попала, посмотрела в глаза цвета неба и схватила корзину. До чего же она тяжелая. Мужчине явно стало легче защищаться. И, через несколько минут, показавшимися вечностью, бой был закончен. Я вспомнила про подругу. Посмотрела назад. Увидела, как второе животное скинуло ее на землю, бросилось следом и с хрипом издохло. Воин, проследивший за моим взглядом, немного неловко зашагал в сторону погребенной под волком Катюхи. Я ухватила корзинку покрепче и потрусила за ним. Эльф с трудом отодвинул тушу и вытянул тело единственного близкого мне человека в этом мире. Мы отползли с поляны. Я поставила корзину, села, уткнулась подруге в плечо и расплакалась. Через некоторое время я услышала.

‒ Lau nalla. Ne cuina.

Серьезно? Дяденька Толкиен со своим синдарином котируются в этом мире? Вот счастье-то! Что он сказал? Она жива? Как камень с души упал. Слезы высохли мгновенно, я подняла голову.

‒ Nin edraith — Fireb. Henia?

‒ Да понимаю я, понимаю. Плохо, но понимаю. Вот ты меня не понимаешь. Ni henia. U daer ist lam. Le lau henia.

‒Ni tha`le. Le daf?

‒Daf. Хочешь помочь? Помогай.

Эльф дотронулся своим лбом к моему и закрыл глаза. Я закрыла тоже. Перед глазами появилась вселенная, было ощущение, что я и есть эта вселенная, что меня разорвало на субатомные частицы и как в Стартреке при варп-прыжке все размылось и тут же резкость навелась и я упала на спину.

‒ Меня зовут Талаэр Минелтор.

‒ Очень приятно, Светлана Морозова. Или Светиэн Морозиэль по-вашему. Жаль, что наше знакомство пришлось на такие прискорбные обстоятельства.

‒ Я, Талаэр Минелтор последний защитник Рассветного Леса отдаю жизнь свою за долг и честь, обязуюсь чтить, беречь и защищать Светлану Морозову Светиэн Морозиэль до тех пор, пока я не устану от мира, а он от меня.

Это что ж такое, это он мне что ли клятву верности принес? Лучше б поесть и помыться. Сижу, вылупилась на него, как умственно отсталая, честно не понимая, что нужно делать в таких случаях.

‒ Милейший, я тут немного не в курсе, что делать-то?

‒ Принимаешь клятву?

‒ Принимаю, — пролепетала я, чувствуя своей многострадальной большие неприятности от явно всучиваемых каких-то обязанностей.