Императрица для дракона

— Какого архшасса ты оказался в моем сне? — холодно спросила девушка.

— Моя дорогая, тебе не понравилось? — приподнял брови Дарион и принялся внимательно рассматривать девушку.

— Тебя долго не было. Почему сейчас? — не ответила на вопрос Ангелика.

— В каком смысле долго не было? — не понял Дарион и мысленно ахнул, увидев, что Ангелика в совершенно другой одежде. Прошлый ночной наряд был бежевого цвета. А этот черный. Причем под тонким кружевным халатиком, скрывалась короткая черная сорочка из неизвестной для Дариона ткани.

— И нечего на меня так плотоядно смотреть, — нахмурилась девушка и снова разбила зеркало со своей стороны.

— Вот, стерва, — выругался Дарион и задумался над словами Ангелики про то, что его долго не было. Он не мог понять, неужели в Стазисе время действительно шло по-другому? Вообще мало кто знал про Стазис. Единственное было известно, что для каждого он будет своим. Стазис был тем местом, где, попавшему в него, хотелось быть. И судя по ситуации, Дарион очень не желал покидать замок. Поэтому и оказался в своеобразном зазеркалье с текущим, как попало, временем. И делать нечего. Дариону необходимо было покинуть покои Золотой. Может быть, получится увидеть то, что сейчас происходит хотя бы в самом замке.

Вокруг, как в прочем и всегда, после того, как Дарион попал в Стазис, было пусто. Дарион прошел по всему замку, по всем этажам. Так никого и не найдя, направился в свой личный кабинет. Была надежда, что зеркало хоть что-то еще ему покажет. В кабинет Дарион проходил мимо малой гостиной для личных приемов гостей. И остановился, увидев, как замерцало там зеркало. Сразу же бросился к нему и с жадностью уставился на происходящее. По какой-то причине в малой гостиной были Светлые эльфы. Верховный правитель с супругой и младшей дочерью.

— А эти что тут делают? — удивился Дарион.

Не сказать, что драконы были в дружбе со Светлыми эльфами. Даже отношения были не очень добрососедскими. Тем более что нынешний правитель Светлых был очень дружен с Золотым, дедом Ангелики. Дарион знал, что после гибели Золотых от объявления войны Светлого едва остановили. И то, что Верховный правитель с супругой и младшей дочерью находятся в малой гостиной замка, очень удивило Дариона. При его правлении такого никогда не было, да и быть не могло. А вот Золотая доброжелательно встречала гостей. Да и Наринель, Верховный, очень благосклонно смотрел на Ангелику. Его супруга Анисанара слегка улыбалась, сидя в кресле и держа в тонких длинных пальцах бокал с золотистым напитком.

— Светлое вино, — ахнул Дарион.

Это вино производилось только для правителя и его семьи. Больше никто не смел его даже попробовать. Рецепт изготовления личный винодел правителя не выдал бы и под пытками. А теперь этим же вином, в качестве подарка, угощали Золотую Императрицу. Ангелика оценила вкус этого редкого напитка. Чуть отпила и зажмурила глаза, словно смакуя его во рту. Наринель улыбнулся и бросил быстрый взгляд на Анисанару. Та только кивнула, показывая, что это была именно ее идея. И супруга Верховного не ошиблась. Больше подарка для той, у которой будет все, что она пожелает, придумать было нельзя. А еще Ангелика что-то странное взяла с блюдца на небольшом столике. Это что-то напоминало сыр, но выглядело достаточно неоднозначно. Но, судя по довольному лицу Золотой, он ей нравился. Единственной, кому ничего не нравилось, была молодая Светлая принцесса. Она гневно поджимала губы и порывалась что-то сказать, но взгляд матери ее останавливал. Наконец, насладившись вином и закуской, Наринель что-то произнес, обратившись к Золотой. Это заставило Лисиниару возмущенно выгнуть брови, не смотря на строгий взгляд матери. Ангелика с интересом посмотрела на принцессу и слегка улыбнулась. Лисиниара упрямо взглянула на Золотую Императрицу и подскочила из кресла. Анисанара попыталась ее остановить, а Наринель что-то гневно произнес. Лисиниара зло рассмеялась и, открыв портал, быстро исчезла в нем. Ангелика тут же поднялась и взмахом руки остановила Наринеля, который пытался открыть портал. Анисанара прижала руку к губам, ошарашенная поведением дочери. Золотая что-то быстро произнесла и подошла к Наринелю. Он недоверчиво посмотрел на Императрицу.