Между Сциллой и Харибдой

Вытерев глаза накинутым на плечи платком, та решительно заявляет:

– Серафим Фёдорович! Я выхожу замуж.

Что-то я тупить начинаю. Напряг память, но ничего не могу вспомнить:

– Ээээ… Напомни мне пожалуйста дату, когда я сделал тебе предложение?

– Мне сделал предложение Спиридон Емельяныч.

Сделав пару быстрых шагов, успел усесться на стул:

– Если мне не изменяет память – это один из руководителей нашего «Жилстроя», да?

Это тот, с коим я рамсевал по началу… Отомстил таки, гоблин староверческий!

– Да, он начальник над всеми плотниками. Вдовец с ещё довоенного времени – как и я.

Потупив глазки, слегка краснеет:

– Мы с ним уже третий месяц, как… Встречаемся.

Вспомнилось, что по возвращению – многие земляки бросают на меня украдкой, а то и открыто – какие-то «не такие» взгляды. Тотчас загорелись уши и вспомнилось бессмертное из «Трёх мушкетёров»:

«Поздравляю, месье Буонасье – Вы олень!».

Хрен бы с ним – найду, куда «присунуть»… Но авторитету среди местных – если не совсем крышка, то нанесён значительный ущерб.

Лихорадочно соображая, как исправить положение:

– Конечно – совет вам да любовь, как говорится… Но, на хахуа? Это порода китайских собак, такая. Вроде, жили мы с тобой гражданским браком – не тужили, так многие сейчас делают. Может, обидел чем?

С железной женской логикой – которую, как известно – ничем не перешибёшь, заявляет:

– Тебя постоянно не бывает дома, ты постоянно занят, а хозяйству мужские руки нужны. Спиридон Емельяныч – он мужик непьющий, хозяйственный и работящий.