Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Холмс потер руки.

– Да, весьма необычно, – сказал он.

– Я знал, что вас это заинтересует. Но это еще не все. В полдень доктор Барникотт пришел в свою приемную, и можете себе представить его удивление, когда он увидел, что ночью кто-то влез туда через окно и разбил второй бюст. Мелкие осколки были разбросаны по всей комнате. Ни в одном из случаев мы не нашли ничего, что могло бы помочь установить личность преступника или сумасшедшего, который это натворил. Вот такое дело, мистер Холмс.

– Интересное, если не сказать удивительное, дело, – произнес Холмс. – А скажите, оба бюста доктора Барникотта были точными копиями того, что был разбит в магазине Морза Хадсона?

– Они были сделаны с одного образца.

– Это говорит о том, что человек, который их разбил, руководствовался ненавистью не к Наполеону как таковому. Если принять во внимание, сколько сотен различных статуй великого императора должно существовать в Лондоне, нелепо предполагать, что этот иконоборец случайно выбрал из них три совершенно одинаковых.

– Я тоже так подумал, – согласился Лестрейд. – Но, с другой стороны, магазин этого Морза Хадсона самый большой и популярный в той части Лондона, и эти три бюста – единственные, которые задержались в нем на несколько лет. И хоть вы правильно заметили, что в Лондоне сотни других статуй, вполне вероятно, что в том районе это были единственные изображения императора, и тогда становится понятно, почему он начал с них. А как вы считаете, доктор Ватсон?

– Мономания может проявляться в самых необычных формах, – ответил я. – Существует такой вид психического расстройства, современные французские ученые называют его «idée fixe»[127], при котором человек, страдающий им, в жизни кажется совершенно нормальным и вменяемым. Вполне возможно, что углубленное изучение биографии Наполеона или какая-нибудь семейная драма, так или иначе связанная с Великой войной, выработали подобный «idée fixe» у больного, что и толкнуло его на этот бессмысленный вандализм.