Подарок на совершеннолетие [СИ] [СИ]

— Надо быть настоящим злодеем, чтобы решиться обидеть такого милого парня, как ты, — произносит он в своей обычной, слегка насмешливой манере. Обычной до встречи с Эстер… И волна ностальгического «цунами» на секунду затопляет меня от макушки до кончиков пальцев на ногах.

Разом припоминаю первую встречу с Шарлоттой после ее возвращения в Германию (ходили слухи, что она забеременела от Юлиана и сбежала рожать куда-то в Италию): случайное столкновение в магазине, перевернувшее всю мою жизнь…

— Стефани!

— Шарлотта!

— Как дела?

— А у тебя как?

Она пригласила меня на чай и назвала адрес — я не могла упустить подобной возможности и… вскоре уже утвердилась в доме на Максимилианштрассе в качестве персонального тренера Алекса Зельцера.

Не знаю, откуда взялась во мне эта смелость и само чувство… откуда берутся симпатия? Страстная влюбленность?.. Любовь… Они просто либо есть, либо их нет. В моем случае я прошла все стадии одну за другой, а Алекс так этого и не заметил, вернее я не позволила ему заметить: когда меня знобило от страстного желания хотя бы просто прикоснуться к нему, я начинала гонять его на тренажерах еще сильнее, а себя — смотреть на все это с презрительным недовольством. Именно в моменты подобной стервозности я и была уязвимее всего… и только неизменные Алексовы шуточки помогали мне держаться на плаву.

Сейчас я понимаю, что мне стоило бы признаться… еще тогда показать свои чувства, и Алекс мог бы ответить на их. Это не только сделало бы нас обоих счастливее — это уберегло бы нас от Эстер.

А теперь и говорить нечего…

Парни продолжают шуточно препираться: «не называй меня милым» (Бастиан), «если конфета — это конфета, то как же мне не называть ее конфетой» (Алекс), «не все конфеты сладкие по существу» (Бастиан), «горький шоколад или мятные пастилки, какими бы горькими не были на вкус — все равно остаются конфетами» (Алекс)… Я уже не понимаю, о чем они говорят и снова погружаюсь в свои размышления.

Мы выехали с Планзее около шести утра… Никакой спешки не было (до Инсбрука ехать чуть больше часа) — нам не давала спать сама мысль о намеченном: Бас, хоть и не подает вида, тоже здорово трусит, уж я-то хорошо его изучила: вон как скачут спицы у него в руках… И это только от нервов, можете мне поверить.

А меня успокаивает езда: Бас потому и посадил меня за руль — знает, что мне не усидеть на заднем сидении без дела. Изведусь до смерти. Накручу себя сверх всякой меры. А так дорога отвлекает меня… пусть и не абсолютно.

Теперь, когда мы так близки к цели, наша «гениальная» идея уже не кажется столь гениальной… Может, зря мы все это задумали, да и Алекс недобро так поинтересовался, узнав, куда мы путь держим: «Инсбрук? С чего вдруг?» Я замялась:

— Так бабочки, Алекс, ты знаешь, какие красивые бабочки в Хофбурге?! Целый павильон с тропическими красавицами, уверена, ты не хочешь этого пропустить.

Он хмыкнул.

— А в Вену заехать не хочешь, — спросил с некоторой издевкой, — там в ботаническом саду бабочки еще краше? Об этом ты, конечно, не знала.

Не знала, да и не о том речь: боюсь, наша авантюра может нехорошо кончиться, и бабочки тут абсолютно не при чем…