Электронная книга - «Позывной "Хоттабыч"». Краткое содержание книги:
Но жестокосердной судьбе и этого оказалось недостаточно! Он возродился в прошлом, на алтаре горнила минувшей войны под острым ножом жреца Черного Ордена СС. Но он выжил и вновь встал на защиту Отечества. Несмотря на то, что это даже и не его мир. И не его страна. И не его война. Но свобода и справедливость любого мира дорогого стоят, их не грех и кровушкой окропить…
— Товарищ Виноградов, я поставил перед руководством вопрос о рассмотрении вашей кандидатуры для включения в рабочую группу по делу товарища Старика. Вы понимаете, информация, которую нам нужно получить из его головы — не просто важная, а архиважная! Естественно, что ментальное воздействие должно производиться при поддержке опытного Медика–Силовика, желательно высшей категории…
— Что касаемо меня — я не против, — ответил Виноградов. — Случай очень интересный, можно сказать — уникальный! Руки чешутся провести полное обследование уважаемого Старика. Но… как посчитают там… — Он стрельнул глазами в потолок.
— Э! Ребятки, вы хоть мне объясните, чего от меня–то треба? — недовольно проворчал я. А чего с меня взять? Эх, старость — не радость! Так хоть поворчать вволю. А то ишь, взяли моду, без меня меня женить!
— С вами, товарищ Старик, будут работать наши Менталисты… — пояснил Виноградов.
— Это эти, штоль, Мозголомы?
— Да, именно Мозголомы, — слегка поморщился Виноградов. — Видимо ученому не нравилось неофициальное «народное» название Менталистов–Психокинетиков. — Очень опытные и ответственные товарищи. И все бы ничего, но ваш преклонный возраст вызывает у меня некоторые опасения…
— Сыграть в ящик могу? — прямо спросил я.
— В смысле — умереть? — переспросил профессор. — Легко! И более молодые и сильные не выдерживали длительной работы с Менталистами. Это очень опасный процесс товарищ Старик!
— Я готов, Владимир Никитич! — Я уже давно все для себя решил. — Если информация в моей голове позволит хоть на чуть–чуть приблизить конец войны — моя древняя тушка в вашем полном распоряжении!
— Хорошо, — подумав, согласился Виноградов. — Но только не сегодня! Еще день отдыха и спокойного сна позволит хорошенько разгрузить ваш мозг…
— Спать не хочу! — Я попытался возразить профессору. — Вот ни в одном глазу! Выдрыхся за двое суток…
— Это вам только кажется, — усмехнулся Виноградов, закрывая мне глаза ладонью. — Кажется…
Мгновенно нахлынувшая сонливость резко подавила бурлящую во мне активность. Да что же это такое? — Хотел я выругаться, но никаких сил попросту не осталось. Потяжелевшие веки налились чугуном и… И умиротворяющий покой вновь принял меня в свои распростертые объятия. Спал я без задних ног, крепко и без сновидений. А ведь интересная способность у местных эскулапов — погружать в сон. Этак для операций им и никакой наркоз не нужен! Да и вообще, может, они и операций никаких не делают, а лечат даже самые страшные болезни простым «наложением рук». Либо как пресловутые хилеры, раздвигающие плоть руками. Надо будет поинтересоваться этим вопросом на досуге…
Проснулся я в той же «палате», только на этот раз уже полностью лишенным бинтов. Рядом на стуле обнаружился довольный и улыбающийся Виноградов.
— Ну что, голубчик, как мы сегодня себя чувствуем? — участливо поинтересовался Медик.
Однако у меня сложилось такое впечатление, что он о моем здоровье знает больше вашего покорного слуги.
— Словно в рай попал! — произнес я, с удовольствием потягиваясь.
И ведь ни капли не покривил душой — чувствовал я себя просто замечательно. Хотя еще вчера считал, что лучше просто некуда.
— Отлично! — Виноградов вновь залихватски подкрутил острые кончики усов. — Но большего для вас я, к сожалению, сделать не смогу!
— Да куда уже больше… — Я поднес к глазам свои руки, освобожденные от бинтов, и едва не охренел от увиденного (к слову, мое зрение тоже стало еще острее. Без очков, конечно, читать не смогу, но, в общем — поразительное чувство!): с рук сошли все старческие пятна–лентиго [1]! Кожа светлая и чистая, ушла «скрипучая» сухость и даже морщины слегка рассосались!
— Ну, и как вам? — Владимир Никитич выглядел как сытый кот, обожравшийся сметаны «от пуза».
— Можно… зеркало? — немного несмело попросил я.
— Ох, ты ж! Об этом–то я, как–то, и не подумал! — Даже немного расстроился профессор, хлопнув себя широкими ладонями по коленкам. — Сейчас сестричку кликну, — он оторвал зад от стула, намереваясь выйти за дверь, — у девушек всегда сия штуковина под рукой найдется…
— Не надо, Владимир Никитич! — Остановил я его стремительный порыв. — Не суетитесь — мне с лица воду не пить! Да и женихаться поздновато… Кхе–кхе… — Я попытался скрыть за мелким и дребезжащим смехом свою полнейшую растерянность. Кто ж знал, что они тут так могут? Я, конечно, не Ален Делон, но все–таки… — Так что успею еще насмотреться!