Генерал-адъютант Николай Николаевич Обручев (1830–1904). Портрет на фоне эпохи
- Автор: Айрапетов Олег Рудольфович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-906914-73-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Генерал-адъютант Николай Николаевич Обручев (1830–1904). Портрет на фоне эпохи». Краткое содержание книги:
Автор уделяет внимание как государственным деяниям Н. Н. Обручева, которого современники называли «русским Мольтке», так и его незаурядным личностным качествам. Портрет нашего прославленного соотечественника дан на фоне исторической эпохи, охватившей время правления четырех императоров.
В отличие от своего противника, в Пруссии хорошо понимали важность наличия в руководстве армии обученных и подготовленных офицеров. В результате им удалось почти полностью повторить свой успех под Лейтеном в 1757 году, описание которого генерал-фельдмаршалом графом Альфредом фон Шлиффеном полностью уместно и для Садовой: «В поспешности и суете получилась из этого страшно беспорядочная толпа, в которую беспрепятственно ворвались стройно и по команде тонкие линии пруссаков. Беспорядочная толпа изнемогала перед тонкими стройными линиями»390.
В еще больших масштабах превосходство организации Пруссии проявилось в 1870 году. Французский военный агент в Пруссии подполковник барон Эжен Стоффель неоднократно предупреждал Париж о том, насколько сильна прусская армия. В 1868 году он писал: «…состав прусского генерального штаба принесет Пруссии в ее будущей войне громадную пользу… Мое глубокое убеждение я выражаю в последний раз: будем остерегаться прусского генерального штаба (выделено автором. – О. А.)»391. В том же году Берлин посетил принц Наполеон. После того, что он там увидел, и после разговоров со Стоффелем он заметил: «Нам нельзя более смеяться над Пруссией»392. С точки зрения военного агента, этого вообще не стоило делать, и уж тем более после австро-прусской войны. Пруссия имела огромный резерв обученных солдат – по подсчетам Стоффеля, которые он регулярно присылал Военному министру, около 900 тыс. чел. «Как же мы будем бороться, – предупреждал он, – имея несколько сотен тысяч человек нашей армии против двойной, даже тройной армии, так прочно устроенной?»393
Перед франко-прусской войной обе стороны имели примерное равенство военных потенциалов, однако превосходство немцев в организации позволило им выставить в 1870 году 461 тыс. чел. против 267 тыс. французов. В феврале 1871 Франция выставила около 700 тыс. импровизированных войск, немцы же – 936 тыс. прекрасно подготовленных и экипированных бойцов под руководством лучшей военной системы Европы во главе с ее творцом – Мольтке-старшим394. Совершенно устаревшей была и боевая практика французов.
В 1866 году на вооружение французской армии была принята новая винтовка – системы Шаспо. В 1867 году началось перевооружение395. «Образец 1866 года» давал возможность прицельного выстрела на 1600 шагов. Прусская армия явно уступала французам в этом виде оружия. На вооружении стояло три образца игольчатого оружия – 1841 года (мушкетеры), 1862 года (фузилерные батальоны), 1865 года (фузилерные полки); драгуны и гусары имели на вооружении игольчатые штуцеры с дальностью стрельбы около 400 шагов396.
Прусский Генеральный штаб, после значительных потерь, понесенных в 1866 году от австрийской артиллерии, при полной поддержке правительства настоял на значительных заказах у Круппа, в результате которых прусская армия получила новые орудия, превосходившие вооружение потенциального противника по мощности, скорострельности и дальности стрельбы. Прусская система не исключала человеческих ошибок, но она обеспечивала их тщательное изучение и анализ, что позволяло сделать верные выводы и принять правильные решения. Политическая поддержка Бисмарка гарантировала материальное обеспечение этих решений397.
С другой стороны, все более сокращавшийся авторитет и влияние Наполеона III привели к тому, что, потратив значительные суммы на перевооружение пехоты, он так и не решился потребовать у Законодательного корпуса выделения средств на перевооружение артиллерии – французская армия вступила в войну 1870 года, имея артиллерийский парк образца 1859 года, значительно уступавший современным крупповским орудиям своего противника398. К этому стоит добавить, что армия Второй империи, обладая одной из лучших по тем временам винтовок, вступила в войну, будучи твердо уверенной в превосходстве furia francese – французской ярости, то есть штыковой атаки, над тевтонским духом.
Результат военных действий должен был разочаровать убежденных сторонников штыка. В ходе войны штыковую рану получило всего 650 чел., или 0,7 % всех раненых, рану пикой или саблей – 1146 чел., или 1,2 %. Абсолютное большинство ранений выпадает на винтовочные – 56 062 чел. или 91,6 %. Раны от огня артиллерии получили 5084 чел., или 8,4 %399. Впрочем, превосходство в стрелковом оружии так и не помогло французам. Результатом реализации организационного преимущества Пруссии стал ее триумф – полный военный разгром Франции.