Порок

– Значит, слушаешь меня! И делаешь то, что я говорю! Если я сказал «по моей команде», значит, по моей! – яростно басил на весь кабинет, похоже намекая на вчерашний инцидент, хотя и сегодня их было предостаточно.

– А я должен? Нужно оно мне? Играете вы нечестно, Владислав Владимирович!

– А я тебя уже не спрашиваю! Хочешь поломаться – вали к телкам, – встал он с рабочего кресла и направился ко мне. – А мне ты торчишь немаленькую сумму зелени. Найдешь в ближайшие два дня? Вали нахрен. Нет? – улыбнулся счастливо, трезво понимая, что я столько бабок не найду за такой короткий период. – Значит, работаешь на меня! Это ясно? – выбросил руку и схватил меня за горло, перекрывая кислород. – Ты! Работаешь! На меня! – наклонился ко мне, проговаривая фразы, как недоразвитому идиоту. – Подумай о своей семье. Она ведь есть у тебя, – наклонил голову набок, отслеживая мои эмоции, которые я пытался погасить и не показывать. Он не должен был нащупать тех людей, которые мне дороги на самом деле.

Людей? А может, все же она одна, Туман? Макс в состоянии за себя ответить… У того своя правда в башке.

– Говорите, что нужно делать, – понизив голос, отреагировал и дал согласие, которое с самого начала и не требовалось.

– Вот так-то лучше, Денис. Так бы сразу, – отпустил меня и сделал пару шагов назад, идя спиной вперед. – Запоминай каждое слово, – уместив свою жопу на край стола, принялся объяснять свои схемы. – Вы. Ты и твой костяк, который тщательно проверишь, поделите город на территории. Для меня он уже поделен. Нужно, чтоб для всех расчертил границу именно ты и твои парни. Каждый должен знать вас в лицо. Вас должны воспринимать как отдельную от меня группировку. Вас должны бояться! Вся организация должна знать своих и не должна принимать чужих. Залетных на вашу территорию – забивать, – монотонно вполголоса твердо чеканил слова Барин. – Ни при каких обстоятельствах друг друга не бросать. Чтобы ни происходило. Никогда и нигде! Иначе незамедлительно ты и все парни из группировки приводят наказание в исполнение.

– Какое? – развернулся и пошел к дивану.

– А ты как думаешь? Предателей уничтожать! – выразительно на меня взглянул, приподняв насмешливо бровь. – Это для всех станет уроком. Дисциплина должна создаться жестокой! Железной! Неугодных, оступившихся ждет смерть! За употребление алкоголя или наркотиков – смерть! За треп – смерть! За ошибки во время операции – смерть! Мы не в детском саду. Это взрослые игры, и тут мы идем до конца! Не подчинишь их, не сможешь расставить границы, не будет слаженной организации или субординации – значит, херовый ты мастак, как и твоя группировка.

Я с неподвижным взглядом откинулся на спинку дивана и переваривал у себя в башке все сказанное, пересматривая полностью свое нынешнее отношение к пацанам.

– Основные бои будут проходить на чужой территории в связи с тем, что с ментами там не будет никаких недопониманий. По итогу все претензии не к нам. Но в любом случае у нас там связи, все и всё проплачено, и даже если угодите в мусарню, то максимум через пару дней выйдете на свободу. Сейчас кормушку мало кто захочет потерять. Есть твоя группировка и еще с десяток, – делает он для меня открытие. – Но! Все они мои, и если говорить объективно, то вы являетесь одной огромной ОПГ. У нас не принято вдаваться в подробности и видеться в обычные дни, кроме тех, когда какое-то событие или мероприятие. Только на них мы собираемся все вместе. Все работают строго по своим направлениям и возможностям. К примеру: одни занимаются слежкой, наблюдением. Вторые – съемом квартир, подготовкой машин. Третьи – приобретением любого вида оружия. Четвертые – технической разведкой, прослушкой, оперативными установками. Пятые – ликвидацией. Шестые – захоронением и уничтожением следов преступления. И так доходит до тридцати. Кто-то сидит в верхушке правительства. Меценаты, коммерсанты, чиновники. Кто-то – из главнокомандующих МВД, с которыми мы не только дружим, но и кого, как ты еще знаешь, имеем в родственниках. Не все наши, но с большинством мы сотрудничаем. Наши люди в больницах, военкоматах. Мы большая организация, Денис, и на будущее я заранее предупрежу: захочешь сумничать и продинамить меня, наебать, я всех вас и ваши семейки без усилий сотру в порошок, – а я спокойно вглядывался в него и понимал без слов и без его обещания, написанного на одутловатой роже, что мне уже полная пизда. Как говорится, приплыл. Все же я и не думал, что он имеет такие огромные масштабы власти. – Значит, берете под свой прицел пару ресторанов, официантов, барменов, спекулянтов, фарсовщиков, мясников с городского рынка, стоматологов, приемщиков стеклотары, директоров универмагов, магазинов и складов. Собираете черный нал с рынков, взымаете со всех дань, ставите на счетчик, крышуете всех, у кого есть бабки. Все адреса точек я дам тебе позже. Мне без разницы, как ты это будешь делать, но регулярно два раза в неделю – в начале и в конце – ты приезжаешь сюда в Каширский и отдаешь весь общак, который соберешь за это время. А я уже буду выдавать вам зарплату за месяц.