Дейлекронт: дитя чернильной течи

Он не думал победит он или нет. У него нет другого выхода. От сильного удара он поскользнулся на грязи и упал лицом вниз. Мокрый, обессиленный, сломленный. Противник пинал его по животу, чтобы вывести за черту. С каждым ударом исчезал шанс на его победу. Он только и слышал: "Босоногий!". И вся его сущность была в этом. Вся природа, которую он должен был разрушить и создать новую. Когда очередной раз мальчик замахнулся ногой, то Мидек схватился за неё и со всей силы потянул на себя. Противник упал, и он залез на него, нанося один удар за другим по его лицу до тех пор, пока тот не потерял сознание. Все его руки были в крови. Он встал и снова схватился за его ногу. Мидек поволок его за черту, после чего свалился на землю. Дождь хлестал по его измученному телу, а люди безмолвно созерцали его невозможное преображение. Безымянный мальчишка, который стал вторым человеком после царя.

– С вами всё в порядке? – спросил Кенваль, когда увидел замерший взгляд Мидек.

Тот словно очнулся от сна.

– Да… Все нормально. Мне пора.

Он вышел на улицу и начал бездумно крутить головой. "Что это было?", – подумал Мидек. Этот наплыв воспоминаний не на шутку взбудоражил его. Такое с ним произошло впервые. Ему стало страшно, от своей уязвимости. Его же прошлое убивает его.

Кенваль закончил ковку и приступил к заточке. То, что у него меньше всего получалось. Самая тонка и изнурительная работа. Когда ты вечность скребешь лезвие по камню в надежде, что оно станет чуть острее. Мальчик провел целый час в таком темпе. В кузницу зашёл Цинид тем, самым известив молодого царя, что время уже на исходе.

– Пора сдавать работы, – произнёс он и неподвижно стоял на месте.

– Сейчас, – сказал Кенваль и стал быстрее водить оружием по камню.

– Уже поздно. И это уже не так сильно изменит ситуацию. Сдавай меч и можешь быть свободен.

Мальчик тут же остановился и покорно передал результат своего многочасового труда. На этом испытание было завершено. Однако самое страшное было впереди. То, о чём Кенваль беспокоится больше всего – земля. Если во всех прошлых этапах он должен был перебороть себя, то в этом ему необходимо сделать тоже самое с противником. Мальчик снял с себя перчатки вместе с защитной одеждой и направился в свои покои. Ему не хотелось ни с кем встретиться. Разве что с Эларой… Эта девочка слишком глубоко запала в его сердце. Сколько бы он не пытался перестать о ней думать, ничего не получалось. Кенваль зашёл на лоджию и прижался к каменной ограде животом, всматриваясь в бесконечную даль. "Где-то там Версах", – думал он. Он отвёл взгляд чуть в сторону. "А там Тинту. Хотел бы я побывать в этих местах и увидеть, как живут люди за землями Нильшерта. Сильно ли они отличаются? Чем занимаются?". Он прошел рукой по своей одежде вниз и залез в карман. Из него мальчик достал сложенный пополам рисунок Элары. Он не был настолько хорош. Однако для Кенваля он был неописуем. Он восхищался им… Он созерцал его в раскрытом перед собой виде, пока ветер не утащил лист из несильно сжатых пальцев. Кенваль сразу же засуетился и потянулся за бумагой, но никак не доставал до её. Она уже трепетала в нескольких метрах от него. Мальчик развернулся и скорее побежал вниз, чтобы поймать своё бесценное сокровище. Однако он спускался недостаточно быстро: рисунок уже уплыл по воздуху подальше от крепости. Кенваль начал чуть ли не ползать в окрестностях дворца, чтобы его найти. Несколько часов он потратил на бесполезные поиски. И единственное, что его остановило – это приближающийся заход солнца. В сумерках глаза не так хорошо видят, как днём. Расстроенный произошедшим он отправился обратно в комнату. "Как можно быть таким растяпой?", – спрашивал он сам себя, поднимаясь по лестнице. На его пути встретился Бэриель.