Электронная книга - «Чужая — я». Краткое содержание книги:
И как будто стала совершенно другим человеком. Во всяком случае, чем больше я узнаю о девушке, которой являлась, тем меньше у нас общего с этой лгуньей. Куда и почему она переехала из общежития? Зачем врала об этом родителям? Чье баснословно дорогое кольцо носила в своем рюкзаке? И почему в ночь падения ее вроде как видели в машине одного из близнецов Фейрстах, при том, что оба упорно отрицают этот факт?
Мне нужно найти ответы на все эти вопросы. Наверняка известно лишь одно: я бы никогда не прыгнула с крыши сама!
ХЭ обязателен
Я вскидываю на него глаза и не могу поверить в то, что услышала. Идут секунды — никто не опускает взгляд и даже не моргает.
— Ты сошел с ума? — уточняю.
— Просто не вижу смысла облегчать тебе задачу, — самодовольно скрещивает он руки на груди. — Вообще не понимаю, как Мэри могла поверить в этот блеф о показаниях. Ваши проблемы — сами разбирайтесь.
Как иногда меня бесит этот парень! Уму непостижимо! Я откидываюсь на спинку стула и секунд десять просто стучу пальцами по столу, оценивая масштаб катастрофы. Масштаб называется просто:
— Твоей подружке конец, — выдаю я простой и короткий вердикт.
Ну, потому что это правда так. Сейчас Мэри посчитает себя в безопасности и наделает глупостей, а я в долгу не останусь! Позавчерашние скрины обещали стать запасом ядерного оружия на случай войны, а не последним рубежом обороны. И что теперь?
— Это ты о чем? — Норт, еще недавно с трудом не лопавшийся от самодовольства, на глазах превращается в образец настороженности.
Я прищуриваю глаза, скрывая бешенство.
— Ты взял хорошую высоту, начав учить меня жизни. Я почти поверила, что ты так хорош, как сам себя мнишь и как о тебе говорят. И что, сразу после этого второй раз на одни и те же грабли?
Норт смотрит на меня со странным выражением в глазах. Из них пропала всяческая насмешка. Нет, я слишком плохо в этом всем разбираюсь, чтобы выделить одну конкретную эмоцию.
Я старательно отбрасываю в сторону эту мысль, наклоняюсь к нему ближе и говорю:
— Привет, Норт, — копирую я его манеру. — У меня есть доказательства того, что они меня накачали. И не только этого. Уж поверь, Мэри в дерьме. И когда — теперь уже не если, а когда, — она решит меня прижать, я не буду сидеть в сторонке. И ладно бы пострадала только она. Нет же: достанется исполнителям. Девчонкам из Каппы в лучшем случае грозит дисциплинарное разбирательство и последующее исключение.
— Опять блефуешь? — уточняет он, хмуря брови.
— Нет, Ворчун, — мотаю я головой. — Попробуй на досуге представить, зачем бы мне понадобилась — как ты это назвал? — провокация.
Я изо всех сил сохраняю нейтральное выражение лица, хотя следовало бы встать и уйти. Каждая наша встреча с Нортом проходит на пороховой бочке. Не понимаю, почему я до сих пор их не прекратила.
— Теперь побежишь рассказывать Мэри?
— Ее проблемы — пусть сама разбирается, — повторяет он фразу, сказанную мне всего минутой ранее в чуть иной формулировке. Интере-е-есные у них взаимоотношения.
— Странно, мне ты все время рассказываешь, как я сглупила.
— Потому что ты небезнадежна, — припечатывает он веско.
А Мэри, с которой он спит, значит, безнадежна?
Мне хочется сказать что-то жесткое в ответ, но в этот момент в память врезается новое воспоминание. Оно проносится мириадами звезд над головой, размытыми телефонными сообщениями, теплом рук и этой самой фразой.
***
Ворчун: Могла бы сказать, что боишься высоты. Я двадцать минут здесь мерз.
Тиффани: Я не боюсь высоты. А человек по имени Норт не может замерзнуть.
Ворчун: Очень даже может — приходи и проверь, если не боишься.
Скрип железной чердачной двери — и Норт в черном пальто и таком же шарфе оборачивается ко мне. Я против воли отмечаю, что он выглядит смешно, будто нахохлившийся воробей. Действительно замерз — не соврал.
Хорошо, что я додумалась захватить пальто. После стольких бокалов иная девица и собственные принципы позабудет! Мой хеллоуинский костюм состоит из короткой юбки и кроп-топа, и холод мгновенно жалит обнаженную кожу. Приходится запахнуться и лишь таким образом спрятаться от ветра.
— Как же легко взять тебя на «слабо», — говорит Норт, разбивая мой миролюбивый настрой вдребезги.
Он смеется, но больше глазами. Я же завожусь с пол-оборота.
— Я пришла не для того, чтобы ты меня оскорблял, — зло выплевываю я, останавливаясь на порядочном расстоянии.
— Даже и не думал, — искренне удивляется Норт. — И все же более открыто признаться в том, что боишься, можно было только написав признание на лбу.
— Я ухожу.
— Зачем?
— Что зачем?
— Зачем тебе уходить? Этим ты ничего не докажешь и не вернешь себе контроль над ситуацией.
— Не верну. Но я не контрол-фрик. Просто не хочу с тобой разговаривать.
— Повторяй это почаще. Кто-нибудь может поверить. А еще лучше — смотри.