Расизм и антисемитизм в гитлеровской Германии. Антинацистское Сопротивление немецких евреев
- Автор: Хавкин Борис Львович
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: РГГУ
- ISBN: 978-5-7281-2182-4
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Расизм и антисемитизм в гитлеровской Германии. Антинацистское Сопротивление немецких евреев». Краткое содержание книги:
Б.Л. Хавкин на основе малоизвестных российской научной общественности немецких источников опровергает этот тезис и показывает, как немецкие евреи боролись с нацизмом в подполье и эмиграции, в гетто и концлагерях, в разведке, вооруженных силах и органах спецпропаганды армий стран антигитлеровской коалиции.
Для историков и студентов, школьных учителей и старшеклассников, а также для всех, кто интересуется историей Второй мировой войны и Холокоста.
Как отмечала ведущий российский исследователь Нюрнбергского процесса Н.С. Лебедева, Черчилль в ходе обсуждения «Декларации о наказании главных военных преступников» пытался убедить Сталина расстрелять их без всякого суда. Однако советское правительство настаивало на судебном процессе[143].
В подписанной Рузвельтом, Сталиным и Черчиллем «Декларации об ответственности гитлеровцев за совершенные зверства», опубликованной 2 ноября 1943 г., было достигнуто компромиссное решение. В документе отмечалось, что будут составлены подробные списки военных преступников; но в то же время «декларация не затрагивает вопроса о главных военных преступниках, преступления которых не связаны с определенным географическим местом, и которые будут наказаны совместным решением правительств союзников»[144].
Во время Крымской конференции руководителей СССР, США и Великобритании (4-11 февраля 1945 г.) премьер-министр Великобритании Черчилль высказал мнение, «что лучше всего было бы расстрелять главных преступников, как только они будут пойманы». Сталин настоял, «что перед расстрелом главные преступники должны быть судимы». На вопрос Черчилля, «какова должна быть процедура суда: юридическая или политическая?», Рузвельт заявил, что процедура не должна быть слишком юридической. При всяких условиях на суд не должны быть допущены корреспонденты и фотографы. По мнению Черчилля, суд над главными преступниками должен быть политическим, а не юридическим актом. Британский премьер хотел бы, чтобы между лидерами «большой тройки» была ясность во взглядах по этому вопросу. Он полагал, что ничего на данную тему не должно публиковаться, чтобы главные преступники не стали заранее мстить союзным военнопленным.
Вопрос о форме ответственности главных преступников оставался открытым до 1945 г. Отметим, что наряду с позицией Великобритании, СССР и США следовало также учитывать мнение Франции: Р. Гарро, представитель в СССР Национального комитета Сражающейся Франции, первоначально был сторонником бессудного расстрела лидеров Третьего рейха.
К мысли о предпочтительности судебного процесса перед административным актом Рузвельт склонился лишь после Крымской конференции (4-11 февраля 1945 г.), Черчилль – незадолго до капитуляции Германии.
Окончательное решение о создании Международного военного трибунала было принято в Лондоне 8 августа 1945 г., когда было подписано соглашение между Великобританией, СССР, США и Францией «О судебном преследовании и наказании главных военных преступников европейских стран оси». К соглашению присоединились другие государства Объединенных Наций. Юристами Великобритании, СССР, США и Франции был разработан Устав Трибунала, который фиксировал «превосходство общих гуманистических норм над тем или иным конкретным правом, принципов международного права, которые вытекают из обычаев, принятых среди цивилизованных народов, из законов человечности и из велений общественной совести». Такая формула позволяла добиться юридического компромисса между советской, американской, британской и французской школами права. Точнее, удалось юридически закрепить и на время Нюрнбергского процесса сохранить политический компромисс, который лежал в основе антигитлеровской коалиции во время войны в Европе.
Сущность лондонского соглашения 8 августа 1945 г. состояла в том, что оно представляло собой союзническую модель отношений в послевоенном мире; эта модель, наряду с сохранением единства союзников в германском вопросе на основе решений Потсдамской конференции, могла бы стать реальной альтернативой холодной войне, разгоревшейся после окончания Нюрнбергского процесса. Единство союзников в Нюрнберге не поколебала даже Фултонская речь отставного британского премьера (на тот момент лидера парламентской оппозиции) У. Черчилля 5 марта 1946 г., которую принято считать началом холодной войны.
И западные союзники, и Советский Союз ради достижения общей цели – наказания главных немецких военных преступников – шли на взаимные уступки. Изначально советская сторона, согласно господствовавшей в советском праве концепции архитектора сталинских показательных процессов А.Я. Вышинского «признание – царица доказательств», выступала за то, чтобы судебный процесс проводился против лиц, которых союзники еще до суда признали виновными, что означало вынесение заранее предрешенного приговора. При этом рассмотрению в суде не подлежал ряд вопросов, которые союзники считали нежелательными по политическим причинам. Кроме того, СССР настаивал на проведении процесса на территории советского сектора оккупации Берлина.
143
Лебедева Н.С. Подготовка Нюрнбергского процесса. М., Наука, 1975. С. 61.
144
Советский Союз на международных конференциях периода Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Т. 1. Московская конференция министров иностранных дел СССР, США и Великобритании (19–30 октября 1943 г.). Сб. док. М., Изд-во политической литературы, 1978. С. 364.