Мадемуазель скульптор
- Автор: Казовский Михаил Григорьевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-2599-8
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Мадемуазель скульптор». Краткое содержание книги:
— Да, он мне писал, — вспомнила царица. — Но мсье Бецкой клятвенно заверил, что теперь строители сделались потише. Частный театр нужен Петербургу, государство не в силах содержать много театров.
— Понимаю, ваше величество.
Рассказала ей о Гром-камне в Лахте. Самодержица и тут была в курсе:
— Да, мсье Бецкой мне докладывал. — Обернулась к нему: — Вы уже смотрели его?
Тот привстал в поклоне:
— Третьего дни, ваше величество, вместе с Фельтеном. Камень потрясает своими размерами. Юрий Матвеевич также подтвердил, что находка уникальна, и само Провидение нам ее послало.
— Как же вытащить валун из болота?
— Инженеры наши начали решать сей вопрос.
Снова обратилась ко мне:
— Что же вы стоите, Мари? Будьте любезны, сядьте. Так общаться легче. Знаете, для чего я вас позвала?
— Затрудняюсь ответить, ваше величество. Вероятно, пожелали заказать мне новые работы.
— Это непременно, — согласилась императрица. — Вы, я знаю, в Париже сделали бюст Дидро. Повторите его для меня, пожалуйста. И еще хочу бюст Вольтера. Я с обоими в переписке, и мне будет веселее сочинять им эпистолы, видя их лица перед собой.
— Буду очень стараться. Правда, я Вольтера живьем не видела, и придется воссоздавать внешность по рисункам.
— Да, да, очень хорошо, — покивала Екатерина рассеянно. — Но позвала я вас не за этим. То есть, лучше сказать, не совсем за этим. Главное — все-таки памятник Петру. Беспокоит меня его голова — в смысле том, что мсье Фальконе не поймал пока норов самодержца. Видимо, посмертная маска императора слишком над ним довлеет. Как вы полагаете?
Я смутилась, честно говоря, не считая себя вправе обсуждать деятельность мэтра. Государыня поняла и продолжила:
— Можете не отвечать, ибо истина вполне очевидна. Ну, так вот: а поскольку вы большая искусница по части портретов, предлагаю голову Петра воссоздать вам.
Заявление было столь неожиданным, что слова застряли у меня в горле. Наконец пришла в себя и сказала:
— Но с этической точки зрения… можно ли сие допустить?.. Фальконе — автор, мэтр, классик. Страшный удар по его самолюбию… Боже упаси!
Но царица отступать не хотела:
— Ах, Мари, не заботьтесь о формальностях. Все этические вопросы мы с Бецким берем на себя. Фальконе — он как был автор памятника, так им и останется. Совершенно точно. Вы — его официальная помощница, по его контракту, вот от вас и требуется помощь, только и всего. Сделайте этюд, набросок. А затем он сам доведет до совершенства. Соглашайтесь. Собственно, вы не согласиться не можете. Если не хотите со мной поссориться. Вы ведь не хотите?
— Нет, конечно, ваше величество.
— Значит, по рукам. — Повернулась к Бецкому. — Остальное возьмите на себя, Иван Иваныч. Действуйте от имени моего — я даю вам карт-бланш.
Генерал поклонился:
— Слушаюсь, матушка государыня.
— И пожалуйста, не забудьте о моем обещании сделать Фальконе и Мари нашими академиками. На дворе октябрь. Не затягивайте, милейший.
— Слушаюсь, матушка государыня.
— Обо всех новостях по модели, по Гром-камню и Академии мне докладывайте немедля.
— Слушаюсь, матушка государыня.
— Вот и договорились, — посмотрела на меня с материнской улыбкой. — Ну, ступайте, ступайте, милое дитя. — Протянула мне руку для поцелуя, без перчатки, я увидела голубые прожилки на тыльной стороне ее ладони и красиво подточенные ногти с бесцветным лаком; кожа была мягкая, ухоженная, душистая. — Жду от вас только хороших сообщений. Огорчать русскую императрицу никому не пристало. Помните об этом.
— Помню, ваше величество.
Возвращалась из Зимнего дворца в панике. Разговор с Екатериной сложился, конечно, более чем удачно, мы в фаворе, власти нам благоволят, только как теперь сказать Фальконе о ее идее по поводу головы Петра? Шеф, с его самолюбием, импульсивностью, может сгоряча натворить всяких бед. Не сказать же нельзя, выйдет только хуже, если он узнает от Бецкого, спросит меня: «Отчего молчала?!» Я не знала, что предпринять.
Разумеется, первым, кто меня встретил у дверей мастерской, был Этьен. Начал тормошить:
— Ну? О чем? Как сложилось?
Отводя глаза в сторону, пробурчала:
— Что-то хорошо, что-то плохо…
— Не томи, рассказывай… — Усадил меня на диван напротив. — Для чего вызывала? Новые заказы?
Я поведала все как было — и о заказах, и об Академии.
— Ну а что плохого?
— Понимаешь… только не волнуйся…