Алайна. Уроки благодарности и лжи
- Автор: Фаолини Наташа
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Алайна. Уроки благодарности и лжи». Краткое содержание книги:
Она и вправду ждала меня. Я позвала девочку на кухню, и мы принялись вместе заваривать для неё лечебную траву. На чем-то, напоминающем кухонную тумбу мы обнаружили странное приспособление, похожее на подставку для кастрюли, с небольшим углублением сбоку.
- Это, наверное, для накопителя! – догадалась Эстер.
Я была склонна с ней согласиться, так как других идей у меня не было. Мы положили запасной накопитель, который я принесла из дома Ольгерда, в ямку на подставке, предварительно поставив на неё кастрюльку с водой, которую мы набрали из большой деревянной бадьи. Накопитель, и без того розовый, засветился ярким малиновым светом, и мы поняли, что наша интуиция нас не подвела.
- Как красиво! – заворожено смотрела Эстер на это чудо магической техники.
Согласна, красиво. И как практично! Мы довольно скоро справились: я напоила подопечную ромашковым чаем, и, к её чести, Эстерсита покорно съела кислый фрукт. Мы уже поднимались по ступеням на мансардный этаж, когда я увидела из окна чью-то тень, приближающуюся к усадьбе.
Вот чёрт! Я не знала, кто это мог быть, но сильно подозревала, что это Ольгерд – с этого говнюка станется припереться нежданно-негаданно.
- Иди к себе, и ложись спать. Сразу же выключи свет! – распорядилась я. Эстер послушно убежала наверх, я же – вниз по лестнице, так как не помнила, заперла ли я входную дверь.
Не заперла! Она открылась прямо перед моим носом. Моя догадка оказалась верной – это и вправду был Ольгерд.
- Почему ты запыхалась? – тут же обвинительно произнёс он, бегая взглядом по прихожей. – Почему в мансарде горит свет? Ты зря израсходуешь заряды накопителей.
- Олег, - выдохнула я. – Отвались! Ноешь, как баба.
Задумка удалась – он растерялся и замолчал. Может, удастся его выпроводить? Даже думать не хочу, что будет, если он узнает об Эстер.
- Зачем пришёл? – продолжила я, желая достать дурацкими вопросами и спровадить нежеланного гостя.
- Видел, что ты уходишь из особняка. Не знал, что кто-то дал тебе разрешение на переезд, - въедливо ответил он.
- Мне не нужны разрешения ни на что, - не менее въедливо ответила я. – Тем более – от тебя.
- Кто у тебя? – он не дал сбить себя с толку. – Кто в мансарде?
- Я, - слишком поспешно ответила ему. – Я себе выбрала эту комнату, и ты туда не войдешь. Это моя крепость. Ты и так нарушил слишком много моего личного пространства.
- Да ну? – усмехнулся он.
Ольгерд рванул в сторону, и я успела ухватить его за руку. Его глаза удивлённо расширились.
- Ну уж нет! – прорычала я, смело бросившись на него.
Он не оттолкнул, наоборот – поймал, и впился в мои губы таким поцелуем, что я сразу поняла: сегодня я так просто не отделаюсь.
32
Этот огонь не мог сдержать никто из нас. Ольгерд почти сразу поднял меня на руки и взлетел по лестнице вверх. Его тело на ощупь было горячим, как раскалённая лава.
Он влетел в ближайшую распахнутую дверь, словно знал, что это и есть моя спальня. Время и ощущения смешались в комок, и я уже не различала, где заканчиваюсь я, и начинается он. Ольгерд… Во всё остальное время я могла точно сказать, что чувствую в отношении этого человека, но только не сейчас. Сейчас – это был пик единения двух душ, у которых, как ни странно, было что-то общее.
Моя одежда исчезала с пугающей скоростью, и единственная трезвая мысль, до которой я дошла, это незаметно сунуть переговорный артефакт в щель между кроватью и стеной. В темноте, где только лунный свет освещал комнату, Ольгерд ничего не заметил, и я с облегчением откинулась на подушки.
Он тут же набросился на мою грудь, потому, что знал, как я это люблю. У меня отказал какой-то тормоз, который раньше при появлении Ольгерда на горизонте, вечно стопорился. В эти сладкие, украденные, неправильные моменты, порочные моменты, я ощутила себя, словно внутри меня кто-то отпустил тугую пружину.
- Ты огненная, - шептал он надо мной, ритмично двигаясь. – Ты сладкая… Ты мучительная… Ты моя…
В эти секунды я была готова согласиться со всем на свете, лишь бы он не останавливался, лишь бы это сладостное томление продолжалось вечно…
Но этого, конечно, не могло случиться.