Лучший из худших-2

Я гнал, что было сил, смотря только вперёд, не обращая внимание на то, что происходит сбоку от меня и за спиной. Ветер свистел в ушах от бешеной скорости или так пульсировала кровь, не знаю, но у меня было ощущение сумасшедшего забега. Я превратился в стартующую ракету и шёл на отрыв от земли.

Прыжок, ещё прыжок, я добрался до ближайшего кунга, вскарабкался по нему как обезьянка и бросился дальше.

Позади раздался сильный хлопок, меня всего обсыпало комками земли и пылью, хорошо, что осколки не разлетелись за территорию лагеря, почти все приняли на себя кунги.

Но меня уже ничто не могло остановить. Я гнал, гнал и гнал. И только когда почти поравнялся с нашими БМП остановился, не веря в то, что всё, я вырвался на свободу.

Почти сразу понял, что у меня больше нет сил, а в грудь колет, и тогда согнулся пополам и стал тяжело дышать.

С БМП спрыгнул мехвод, подошёл поближе.

— Боец, ты чего?

— Я… я ничего, — только и смог выдавить я из себя.

— Вас же было двое. Где второй — Батыр? Он там остался, в лагере?

Я вспомнил, что мы не успели сообщить об аномалии. Не хватало, чтобы они ещё полезли туда за Батыром.

— Боюсь, что его больше нет, — признался я.

— Мы услышали взрыв — вы нарвались на мину?

— Нет, это была граната. Она взорвалась… случайно, — я понял, что нормального объяснения мне пока не найти и, пользуясь тем, что пока не задают неудобные вопросы, продолжил:

— Там, в лагере аномалия, «Машина времени». В общем, мы попробовали от неё удрать. Мне повезло, Батыру… — я помедлил, прежде чем соврать:

— Короче, он отвлёк аномалию на себя и дал мне сбежать.

Даже не знаю, почему я сказал именно так. Батыр погиб и по идее ему уже всё равно, но мне захотелось оставить о нём светлую память. В конце концов он действительно долго возился со мной, ну а что касается остального… кто знает, может и мне придётся принимать такое вот шкурное решение в будущем. Хотя, не приведи господь!

— Да… — мехвод вздохнул и стянул с головы шлем. — Батыр всегда был настоящим мужиком. Тебе, салага, надо теперь до конца жизни на него молиться. Он ведь тебе жизнь спас.

— Обязательно, — пообещал я.

— Мы так понимаем, что живых больше не осталось?

— Да. Персонал лагеря и охрана погибли, потом ребята из нашего отряда. Уцелел только я.

— Ебуч…я служба! — сплюнул мехвод, и я понял, что согласен с ним как никогда. — Сколько классных мужиков тут погибло!

Он посмотрел на меня:

— Перевёл дух?

— Ага, — кивнул я, прислушавшись к своим ощущениям.

— Тогда дуй на борт, поедем на базу докладываться. Там уже начальство с ума сходит.

Я полез в люк и, оказавшись на сиденье, невольно вздрогнул — было так непривычно находиться в десантном отсеке в одиночестве. Больше не было и не будет Батыра и других ребят, многих из которых мне так и не довелось узнать получше. Аномалия превратила их в тлен и развеяла его по ветру.

Экипаж связался по рации с базой и, получив приказ, открыл по полевому лагерю огонь из всех стволов.