Электронная книга - «Правильный подход (СИ)». Краткое содержание книги:
— Зефирочка, хватит, — голос Сюэ Яна звучит как-то даже жалобно. Он несильно тянет за волосы Синчэня, заставляя от себя отстраниться.
— Я тебя укусил? — взволнованным голосом спрашивает тот, успевая упереться рукой в постель, чтобы не потерять равновесие. Он дергает головой, чтобы оборвать вязкую ниточку белесой слюны, тянущуюся от собственных губ к влажно блестящей головке члена. На подбородке оседает довольно мерзкое ощущение. — Я пытался прятать зубы…
— Да не в этом дело! — скорбно отзывается Сюэ Ян.
— Тогда что я сделал не так? — Сяо Синчэнь поднимает обескураженный взгляд, разжимая пальцы. Он пытается вытереть губы, но только все еще сильнее размазывает по лицу.
Нижняя губа Сюэ Яна искусана почти до крови, взгляд лихорадочно бегает, а румянец со щек почему-то решил перебазироваться на нос. И почему-то от последнего пункта внутри все еще сильнее переворачивается. Носу не положено быть столь привлекательным.
— Как раз все слишком «так», — с нервным смехом возражает Сюэ Ян. — Техника, конечно, хромает, но… Не смотри на меня так, умоляю!
Синчэнь не может уловить причинно-следственных связей, потому только вздергивает брови. И что это значит, ему отвернуться что ли, полагается? Кое-кто, кажется, берега потерял! Но Сюэ Ян начинает едва ли не оправдывающимся тоном:
— Я мечтаю кончить на твои очечки еще с первой встречи, как тебя занесло в мой кабинет, но если я сейчас это сделаю, нам придется подождать… — все еще посмеиваясь, говорит он. Поймав на себе непроницаемый взгляд прищуренных глаз, он принимает это за призыв к продолжению объяснений: — Хотя, если у тебя вдруг в рюкзаке завалялась виагра или ты обладаешь волшебным даром мгновенно возвращать стояк, то, конечно, продолжай!
Столь долгое молчание подействовало на Сюэ Яна не лучшим образом — его снова прорывает на словесный поток. Который останавливается, когда ему в грудь изобличительно утыкается палец Синчэня.
— С первой встречи?! — потрясенно выдыхает тот. — Очкарики не в твоем вкусе, значит? Лимит на недостатки, что там еще было, не напомнишь?
Честное слово, хочется его не только ткнуть, но и наподдать хорошенько, в воспитательных целях. Но все же насилия лучше избежать.
— А чего ты от меня хотел?! — Сюэ Ян ловко отползает назад, балансируя на самом краю кровати.
— Правды? — гневно предполагает Синчэнь, садясь на кровати и упирая руки в бока, искренне веря, что эта поза выглядит очень угрожающей.
— То есть, мне нужно было вывалить с порога член на стол?
Сюэ Ян решает стойко держать оборону, даже несмотря на свой очевидный прокол.
— И ты решил, что трепать мне нервы и выставлять меня идиотом-сталкером гораздо действеннее?
— Ну ты же здесь, значит, да.
С этим не поспорить, только вот…
— Вообще-то, ты мне как раз почти с порога и предъявил все, что у тебя есть… — тянет Синчэнь, все еще чувствуя себя одураченным.
— И тебя все устроило.
— У меня голова кругом, — говорит он, осознавая, что не может решить, насколько сильно он возмущен этим обманом, и возмущен ли на самом деле. Это престранное признание его выбило из колеи, но при этом польстило и даже слегка испугало. Боязно за свои очки — неизвестно как их потом отмывать от такого счастья!
Сюэ Ян решает разрешить проблему замешательства самым удобным для себя способом — покидает безопасное убежище на краю и уже через пару секунд оказывается рядом. Обхватывает руками, прижимается, оставляя на коже влажные следы, и несет какую-то чушь, в которую лучше даже не вслушиваться, но менее смешной она от этого не становится.
— Все, давай, становись в позу, а то я от твоих криков половину запала потерял.
Бессовестно врет, Синчэнь отлично это ощущает. Насчет своего запала он не беспокоится — четырехпалая рука на его члене уже просто как родная.
— Это какую?
Вместо ответа Сюэ Ян настойчиво разворачивает Синчэня спиной к себе, тут же прижимаясь губами к основанию шеи. Совсем рядом со своим давним укусом, след от которого почти сошел, оставив после себя несколько светлых пятнышек. Между лопаток давит ладонь, вынуждая прогнуться вперед и опереться руками на кровать. Не самый плохой выбор, если учитывать, что Сюэ Яна безудержно пробирает на разговоры, стоит оказаться с ним лицом к лицу.
За спиной что-то шуршит и щелкает, и очень хочется надеяться, что смазка (судя по поплывшему клубничному запаху, добрались именно до нее) будет съедена меньше, чем наполовину, и большая часть окажется там, где предполагалось заводом-производителем. Однако шум стихает, а затянувшаяся пауза заставляет забеспокоиться.
— А-Ян, ты сейчас серьезно? — стонет Сяо Синчэнь, оборачиваясь через плечо.
Да лучше бы Сюэ Ян смазку наворачивал! Он с самым невинным лицом роняет куда-то в складки покрывала свой телефон, делая вид, что совсем не пытался нацелить камеру на развернувшуюся перед ним картину.
— Ну чего? — с досадой отзывается он, поняв, что пойман с поличным. — Я же не виноват, что сам ты фоткаться не умеешь, а мне для потомков надо сохранить!
— Ты бы не грозился мне выломать дверь на прошлой неделе, если бы я не умел.
И это не говоря о том, что если Сюэ Ян еще не успел обзавестись потомками, то они ему не светят как данность. И не только из-за того, что Синчэнь ему не сможет их предоставить по физиологическим причинам, а еще по причине того, что если он не прекратит паясничать, то генофонд хранить ему будет негде. Нет, конечно, все еще никакого насилия, но тем не менее! Наверное, во взгляде партнера это читается очень явственно, что Сюэ Ян возвращается к задуманному.
Смазка оказывается неожиданно холодной и жидкой, щедро стекая с копчика, куда ей плеснули, вниз по щели между ягодицами к бедрам. Опять же, на мнение Синчэня, это явно не самое возбуждающее зрелище, но, судя по восхищенному вздоху за спиной — очень даже. Может, тогда и не стоило насчет своего лица беспокоиться?
О том, что его ждет, Синчэнь имеет вполне ясное, хоть и исключительно теоретическое представление, потому не пытается уйти ни от изучающих прикосновений, ни от проникновения скользких пальцев. Это не особо приятно, но и не страшно, однако навевает мысли о приеме у врача. Правда, доктора в процессе не пытаются что-то мурлыкать себе под нос и уж точно не комментируют задницы пациентов. Эти мысли плавно перетекают в какие-то смутные образы с участием карикатурного наряда медсестры с устрашающими приспособлениями. Это все кое-чей заразный фетишизм виноват, не иначе!
Раздумья оказываются очень увлекательными, настолько, что собственный удивленный стон, слетевший с губ, оказывается для Синчэня очень неожиданным. И вызывает бурную реакцию у Сюэ Яна, который тут же радостно восклицает:
— А я уже почти начал думать, что вообще нихрена об этом не знаю! — И радость эта подобна восторгу ученика на уроке биологии, обнаружившему, что препарируемая жаба может дергать лапой при должном старании (Синчэнь как-то присутствовал, и это оставило неизгладимое впечатление).
Определенно, что-то, да знает. Может, пальцев там и не полный набор, но заставить разъезжаться колени и всхлипывать их владельца они вполне в состоянии. Нужно срочно за что-то схватиться, чтобы не упасть лицом в подушку (почему-то перспектива лежать, отставив задницу, не радует), но из-за необычной конструкции кровати держаться решительно не за что, а с закругленных краев руки только соскальзывают. Единственный вариант — упереться ладонью в стену, как в ближайшую устойчивую поверхность.
— Зефирочка, ты рано взялся помирать, мы еще до главного не дошли!
— Ну так можно… И дойти уже?
После этих слов пальцы исчезают так быстро, будто их не было вовсе. Но ощущения от их недавнего пребывания внутри, безусловно, остаются. И не надо даже оборачиваться, чтобы понять: Сюэ Ян только что хлопнул в ладоши и потер руки, и сейчас Синчэнь как никогда рад, что этого не видит.