Русский апокалипсис. Фантастический репортаж из 2000 года
- Автор: Ионин Леонид
- Год: 1999
- Язык: русский
- Год: АРГО-МЕДИА
- ISBN: 5-901219-01-5
- Жанр: Социально-философская фантастика
Электронная книга - «Русский апокалипсис. Фантастический репортаж из 2000 года». Краткое содержание книги:
В канун решающего тура президентских выборов указом президента Ельцина в стране вводится чрезвычайное положение. КПРФ и другие экстремистские организации запрещены. Но вопреки запрету в Краснодаре собирается Съезд народных представителей Юга России…
Страна расколота. Армия расколота.
На Россию опускается новая смута. Безумное властолюбие политиков ставит страну на грань распада. Переживет ли Россия год 2000?
Об атом — а новой книге известного политолога Леонида Ионина.
Толпа к этому моменту развернула транспаранты с лозунгами «Долой американских холуев!», «Ельцин — Иуда!», «Да здравствует Народное правительство России!» и начала скандировать: «Гу-бер-на‑то-ра! Гу-бер-на‑то-ра!»
Начальник охраны с лейтенантом выскочили на крыльцо. Раздался свист и вопли «Да-а-алой!» На площадь со всех сторон текли, вливаясь в толпу, любопытные. По краям бессильно бились, оттаскивая любопытных, дежурившие на площади постовые милиционеры.
Начальник охраны губернатора опрометью бросился в здание. Лейтенант закричал: «Всем немедленно разойтись!» — Он выхватил из кобуры пистолет, чтобы выстрелить в воздух, но увидел, что прямо на него несется здоровенный детина, занося над годовой кусок железной трубы. Он направил пистолет детине в грудь и нажал на спуск. Выстрела не было. Лейтенант понял, что не снял пистолет с предохранителя, и, завороженно глядя на вырастающего перед ним детину, судорожно поднял руку с пистолетом, закрываясь от удара. Дубинка сломала лейтенанту руку и обрушилась на голову не прямо, а вскользь, оторвав ухо и раздробив плечо. Лейтенант рухнул на крыльцо, пистолет, гремя, скатился по гранитным ступеням. Лейтенант жил еще несколько секунд, пока его не затоптала устремившаяся в тесные двери толпа макашовцев.
Зазвенели стекла, ручьями скатываясь на асфальт. Из разбитых окон полетели бумаги, мебель, телефонные аппараты. Площадь наполнилась радостным грохотом. Со всех сторон к площади бежали люди, некоторые с криком «Губернатора громят!» устремлялись в распахнутые двери здания.
Краснюков еще на подъезде к площади понял, что беда. Когда его черная «Волга» повернула на площадь, он велел водителю остановиться и прямо из машины вызвал отряд милицейского спецназа.
— Вмиг, — крикнул он, — срочно! Погром в администрации!
Пока еще в городе не было слышно ни единого выстрела. Может быть поэтому и Краснюков, и другие не поняли масштаба происходящего. Спецназовцы в камуфляже и защитных шлемах, посмеиваясь лезли в автобус. Но это был не погром, а мятеж. Когда распахнулись ворота, выезжающий автобус изрешетили пулеметные очереди в упор прямо со второго этажа дома напротив. Оставшиеся в живых десять человек сдались, так же, как и дежурные.
Телевидение было захвачено еще проще. Двое молодых людей вошли в дверь, скрутили дежурного милиционера, и в здание, растекаясь по этажам, заспешили макашовцы. В полдень оборвалась детская передача. На экране появилась заставка с памятником Пушкину работы Олега Комова. Она стояла томительно долго, затем в кадре возникло заплаканное лицо дикторши, сказавшей: «Сейчас будет передано специальное сообщение». Камера подвинулась вправо, показав двух сидящих за столом людей в черных матерчатых масках.
Оператор махнул рукой и один из них заговорил:
«Мы — бойцы Добровольческой армии генерала Макашова и находимся здесь по поручению Народного правительства России. Тверь захвачена нами при поддержке трудящихся города. Губернатор Толмачев смещен со своего поста и будет предан народному суду. Вместе с ним пойдет под суд вся городская верхушка, виновная в страданиях и бедах народа.
Назначен новый губернатор. Все жители города должны беспрекословно выполнять его распоряжения.
Все. Сегодня больше телевидения не будет.»
Снова появилась заставка и экран погас.
Никто в городе не усомнился в подлинности происходящего. Слишком зловещая атмосфера царила в студии.
Войска вошли в город к вечеру. На телестудии боевиков уже не было. Вся передающая аппаратура была разломана, искалечена, расстреляна из автоматов. Перепуганные сотрудники рассказали, что режиссера, отказавшегося вести передачу, застрелили на месте.
Макашовцы забаррикадировались в здании администрации. При попытке солдат приблизиться к зданию зазвучали автоматные и пулеметные очереди. Руководитель управления ФСБ начал переговоры. Макашовцы требовали предоставления автобусов и свободного проезда в Брянск. Иначе все заложники, в том числе губернатор и захваченные на телецентре дикторы будут расстреляны.
Переговоры с Москвой ничего не дали. Москва велела решать на месте. Через мегафон из здания прокричали, что если через десять минут автобусы не появятся, будет убит первый заложник. Хотя автобусы стояли рядом за углом, никто не хотел принять на себя ответственность за решение. Ровно через десять минут в распахнутом окне появился человек с петлей на шее. Его взгромоздили на подоконник. Человек цеплялся руками за рамы, а потом от мощного толчка в спину рухнул вниз и закачался в петле. На площади ахнули. «Это Петров, — сказал кто-то. — Зам. главы администрации по малому бизнесу.»