Позолота вся сотрётся…

В голове ярко и отчетливо вспыхнула картинка - я держу в руках этот самый кубик сахара со стертыми и липкими гранями и пьяно хихикая пытаюсь тянуть мерцающую, ярко-зеленую жидкость их высокого хрустального бокала на низенькой ножке.

В моей голове шумит, напольные подушки качаются словно жирные чайки на волнах. Где-то совсем рядом вкрадчиво и убедительно звучит мягко рокочущий голос старого Тигра.

- После такого выброса энергии и адреналина, тебе надо расслабиться, Николь! Выпей, это тебе поможет! - мужчина протягивает мне зеленую, густую жидкость налитую в хрустальный бокал. Который по счету?

Мне уже безумно весело. Хихиканье переходит в веселый, заливистый смех, который сгибает меня буквально пополам. Неверояно смешно вспоминать пронзительный визг Глории и мышей в рыжих волосах Анабель. Я еще пуще заливаюсь смехом, вспоминая, как все окрестные мухи, покорные золотым нитям, облепили некогда наглое, а теперь по детски испуганное лицо молодого оборотня-охранника.

Он пытается кричать, но черная, жужащая свора резво проникает в раскрытый рот. Кашляя и задыхаясь молодой оборотень бросает свой пост и бежит прочь, размахивая руками как взбесившаяся мельница.

Еще я вспоминаю, как старый Баффа бережно усаживает меня в свой автомобиль. У меня совсем нет сил. Я наверное похожа на тряпичную куклу, которую выпотрошила безжалостная рука капризного ребенка.

А потом сладковатый вкус тягучей и пахнущей полынью настойки. Растаявший кусочек сахара в липких руках и голос мужчины глухо твердящий, как заветое заклинание, коротенькую фразу.

- Пей Николь! Пей!

Я со стоном встаю с мягких подушек. Они уже не напоминают мне качающихся на волнах чаек. Ножки низкого столика прочно и неподвижно стоят в пушистом и длинном ворсе белого ковра и уже не пытаются танцевать канкан, как мне казалось вчера. Вчера?

Я быстро, словно пружина подскакиваю и стремительно подхожу к окну. Приоткрываю мягкую штору липкими руками.

Сжимая от отвращения зубы и борясь с легкой тошнотой, пытаюсь рассмотреть внутренний дворик в особняке Баффа-старшего.

Темное крыло дома утопает в синих, плотных сумерках. Освещенное окно напротив смотрится одиноким, ярким апельсином на фоне темного и зловещего здания. Я догадываюсь, что это за окно. Кажется там должен находиться кабинет моего свекра.

Решительно устремляюсь к выходу из комнаты-ловушки. Бесшумно крадусь по почти темному коридору, который освещает любопытный, молодой месяц. Мой путь лежит в правое крыло здания, туда где оранжевым светом горит лампа и где находится кабинет старого Тигра.

Иду быстро, ни разу не запнувшись и не спутав повороты. Мне кажется или я действительно отлично вижу в темноте?

Вот и нужная мне дверь, оранжевый свет мягко струится из-за приоткрытой двери. Я уже готова распахнуть ее настежь и потребовать ответа от Баффа-старшего, но до боли знакомый звук голоса останавливает меня и заставляется бесшумно пятиться назад. Замираю за дверью, до боли закусываю губу.

- Ты напоил ее абсентом!? Дед, это уже слишком! Николь не переносит спиртного. Она даже от слабого вина может проспать всю ночь, как сурок. Ее не разбудить даже нежными и не очень нежными поцелуями. Можно делать с ней все, что угодно, а моя жена будет лишь тихо стонать, - голос моего мужа звучит немного насмешливо.