Жнец [ЛП]

— Да, — говорит он ей. — Верно.

— Эми, — окликаю я ее.

Она смотрит на меня, и я обхватываю себя руками, не зная, что сказать в этот момент.

— Гм, спасибо.

Она кивает и уходит.

Входная дверь закрывается, а мы с Лаклэном остаемся один на один в тишине комнаты. Странно находиться здесь рядом с ним. Я не знаю, что говорить или что делать. Я никогда не знала, как вести себя с этим парнем. Иногда он может казаться таким холодным. Но видя его с Мак, я понимаю, что он тоже человек. Я всегда старалась избегать его, но прямо здесь и сейчас не могу этого сделать.

Поэтому я сажусь рядом с Ронаном на кровать, а Лаклэн занимает стул в другом конце комнаты.

— Ты не навредишь Эми, — выпаливаю я. — Так ведь?

Он с ворчанием качает головой.

— Нет, Саша. Я не собираюсь причинять вред Эми. Ей хорошо заплатили за то время, которое она провела здесь сегодня вечером, и я не думаю, что найдутся причины возвращаться к этому вопросу снова.

Я киваю и провожу пальцами по руке Ронана.

— Расскажи мне, что с ним случилось, — шепчу я.

— Это не моя история, поэтому не мне ее рассказывать, — отвечает Лаклэн.

Я смотрю на него снизу вверх, и мои глаза наполняются слезами.

— Просто ... я хочу понять его. Я не знаю, как понять, что ему нужно или чего он хочет.

Лаклэн вздыхает и откидывается на спинку кресла. Его глаза переметнулись еще несколько раз к Ронану, а затем обратно ко мне.

— Тогда ты прекрасно понимаешь, что он чувствует.

— А? — Я растерянно смотрю на него.

— Если ты чувствуешь, что не можешь разобраться в своих собственных мыслях или эмоциях, тогда ты точно знаешь, что переживает Ронан. Он все время это чувствует.

— А?

— Пойдем со мной, — говорит Лаклэн.

— Но что, если он очнется?..

— Он не очнется, — говорит он. — Ему просто нужно отдохнуть.

Я еще раз глажу Ронана по лицу, прежде чем проследовать за Лаклэном по коридору на кухню. Он чувствует себя как дома, роется в шкафах, пока не находит бутылку вина. Он открывает ее и наливает мне стакан. И хотя я очень устала и последнее, что мне нужно сделать - это выпить, я все же беру стакан. Потому что мне нужно знать, что скажет Лаклэн.

— Я не могу рассказать тебе всей истории Ронана, — говорит он. — Потому что даже я не знаю и половины из всего, что с ним приключилось. Я познакомилась с ним, когда мне было тринадцать. Я не скажу тебе, где и при каких обстоятельствах. Я даже не знаю, откуда он взялся. Только то, что он вырос в военизированном тренировочном лагере, управляемом политической группировкой каких-то экстремистов. Они прославились подрывами бомб, убийством доносчиков и прочими такими вещами. Их идеология была радикальной, и Ронана буквально кормили всем этим с колыбели. У него не было права голоса в этом вопросе. По поводу всего этого. Он был рожден и воспитан, чтобы делать лишь одну единственную вещь.

Я закрываю глаза, потому что мне невыносимо слышать, как он это произносит. Что Ронан не более чем убийца.