Адские гончие

Эпизод.7. Предатель

Едва Дейчи отодвинул в сторону сдвижную перегородку и прошёл в главные покои дома, который некогда принадлежал его семье и который вновь перешёл в его владение, после того, как армия Мэлюзины овладела Ямато, как Люси заметив его, бросилась перед ним на колени, обняв его ноги.

– Любимый, что это значит? От тебя пришёл слуга и передал твой приказ собирать вещи! Ты отсылаешь меня? – растеряно заговорила она, с мольбой глядя ему в глаза.

Он молчал, глядя на неё сверху вниз, и в его взгляде она не видела никакого снисхождения. Теперь он стал настолько похож на своего отца, что это уже начало пугать её. Все те чувства, сравнимые почти с обожествлением, которые она испытывала к Сатомэ Такеши, теперь перешли на его сына, и теперь ему достаточно было шевельнуть пальцем, и она готова была умереть, лишь бы исполнить его приказ.

– Рица покинула Северный город, – наконец, сказал он. Люси вдруг почувствовала, что ей стало трудно дышать.

– Ты не можешь больше оставаться здесь. Ты отправишься к моей матери, и будешь ждать меня там! Мы поженимся, когда я вернусь, – голос его был спокойным и это пугало её больше всего.

– Что ты собираешься делать? – тихо спросила девушка.

– Ты забыла моего отца, и я не виню тебя за это! Это правильно, я твой муж и ты не должна думать ни о ком кроме меня! Но я не могу забыть того, что сотворила эта женщина!

Лицо Люси побледнело.

– Дэйчи-сама, ты погибнешь! Давай уедем вместе! Брось всё это! Пусть Мэл разбирается со своей матерью! – горячо зашептала она, судорожно цепляясь за его ноги и глядя на него взглядом полным муки.

– Она никогда этого не сделает! – горько усмехнулся Сатомэ. Тогда девушка сглотнула и тихо сказала, опустив голову:

– Я беременна.

– Я знаю, – спокойно отвечал Дэйчи.

– Именно поэтому ты должна уехать. То, что я собираюсь делать, не должно отразиться на тебе! – нежно, но властно подняв её на ноги, он поцеловал Люси и, отстранив её от себя, быстро вышел, бросив на прощанье:

– С тобой поедут Хизока и Шиничи.

Едва он вышел, Люси опустилась на колени и тихо и горько расплакалась.

– Да муж мой, я сделаю всё, что Вы прикажете мне! – всхлипывая шептала она.

* * * * * * * * * *

В нижних покоях дворца было темно, под низким сводчатым потолком скапливался чёрный воздух. Тусклый свет одинокой свечи стоявшей на столе почти не освещал стоявшие по обе стороны стола две тёмные фигуры.

– Я рада видеть тебя, Дейчи, хотя признаюсь, твой визит неожиданность для меня.

– Я хочу служить Вам, Ваше Величество! – отвечал юноша.

– Как ты назвал меня?! Я больше не Королева!

– Ваше Величество, все знают, что Вы единственная Королева!

Рица усмехнулась.

– Все знают, говоришь? Смешно! Чего ты хочешь?

– Вы хотите получить голову своей дочери?

Королева посмотрела ему прямо глаза, но Дейчи выдержал её взгляд.

– Ты убьёшь её для меня?

– Да, моя Королева! – отвечал юноша с поклоном.

* * * * * * * * * *

Солнце едва позолотило черепичные крыши столицы Северного Королевства, когда тяжёлая решётка со скрежетом поднялась вверх, подъёмный мост опустился и, большая группа всадников в чёрных плащах уверенной рысью пронеслась по мощённой булыжником дороге на восток в сторону разгоравшегося светила. Во главе этой группы на невысоком кауром жеребце летела вперёд недавно коронованная новая Королева Севера. За ней следовали Като, Дейчи и около сотни её верных псов. Эта таинственным образом назначенная встреча слишком смахивала на очередную ловушку. «Моя мать опять пытается убить меня?» – думала Мэлюзина. Очевидно, что проблему Рицы нужно было как-то решать, и сейчас Королева пыталась разобраться в себе, почему она до сих пор ничего не предприняла в отношении своей матери и, даже узнав, что Рица покинула Северный город, нарушив все её указания, тем не менее, не отдала никаких приказов относительно ареста своей матери. «Я всё ещё люблю её, и она знает об этом!» – с раздражением думала девушка. Кавалькада миновала подлесок, за которым вновь раскинулись распаханные поля, не сбавляя скорости, пронеслась через большое село и через два часа влетела в давно заброшенную деревню, достигнув центральной площади больше похожей на утоптанную площадку, всадники остановились. Покосившиеся, чёрные деревянные строения окружали их, в абсолютной тишине было отчётливо слышен лишь встревоженный храп лошадей, да то, как под давлением ветра хлопают рассыхающиеся ставни.