Враг императора

Но отказ от благ не даётся легко. Люди держали в руках газеты, ещё не осознавая, что это теперь один из немногих доступных им источников информации. Вместо нейроинтерфейсов и возможности связаться с любым человеком в радиусе десятков тысяч световых лет — теперь письма и телефонные переговоры. Мужчина с отчаявшимся лицом никак не мог развернуть газету и путался в мягкой шуршащей бумаги. Он нажимал в чёрно-белую картинку, будто надеялся запустить видео. На входе в космопорт пожилая женщина кричала на дисковый телефон в будке, потому что не могла освоить, что сначала надо снять трубку, а потом набрать номер. Читающий книгу мужчину иногда забывался и тыкал пальцем в нижний угол страницы, потом тихо ругался и переворачивал вручную. Некоторые смотрели телевизор в общем зале, негодуя, что ящик никак не учитывает их вкусы, а показывает общую программу для всех. А некоторые с тоской смотрели на заживающие точки на коже, где когда-то были установлены разные приборы. И это они ещё не знают, что их ждёт, когда заболят зубы…

Человечество отказалось от всего, кроме двух вещей: сверхсветовая межпланетная связь и космические перевозки. Пузатые корабли, такие, как в этом космопорту, хоть и были построены в Альянсе, но внутри разработанные в Корпорации гибридные двигатели Королёва и Хокинга, первый для перемещения со скоростью света, второй для входа в кротовые норы. Без этого Альянс Ориона не смог бы существовать.

Беда без труда пробрался на борт корабля, ведь у охранников больше не было контр-маскирующих устройств, способных определить даже кинетика. Таким слабым человечество не было никогда, но многие боялись, что именно так и хотел Балябин.

Корпорация пока ещё жива, а проект Элизиум до сих пор выполняет операции. Пусть и после бойни с Верховным Судьёй Гобитраудом из всего проекта осталась только группа Виктора. Сегодня очень важная цель — Лукаш Сикора по прозвищу Сова, который предал Корпорацию и надеялся, что сможет остаться живым после этого.

— Ваши билеты? — спрашивал Беда, идя вдоль кают.

Люди сначала смотрели на него, ожидая, когда проводник просканирует их глазами, но вспоминали, что теперь билет — это лишь маленький кусочек бумаги, который надо показать. Виктор надрывал корешки и шёл дальше, а люди убирали билеты назад, всё ещё не осознавая, как изменилась их жизнь. Они не хотели этого, поэтому отправлялись в Карин. Там, по слухам, не так яро отказываются от технологий… и не дают сектантам сжигать заживо тех, кого подозревают в сотрудничестве с Корпорацией.

— Ваш билет? — попросил Виктор и закрыл за собой дверь каюты.