Чужой спор 2

Когда я остановилась перед трещиной, думая, как лучше ее перепрыгнуть, то она закрылась. Да и все трещины исчезли.

Поежившись, поспешила к Ириару. Ледяной ветер в один миг стих, а снежинки до этого яростно кружа, застыли в воздухе. Было странно идти между ними.

Остановилась в трех шагах от, молчаливо наблюдающего за мной, ледяного.

— Спасибо, — поспешно сказала.

Ириар приподнял четко очерченную бровь.

— За то, что пришли, — пояснила.

— Испугалась? — вдруг спросил он.

— Немного. — А заметив, как сузились серебристые глаза, добавила: — Я больше была удивлена, чем испугана.

— А я больше испугался, чем удивился, — признался ледяной.

Изумленно посмотрела на него. А Ириар невозмутимо продолжил:

— Что делали?

— Чай пили, — ответила, все еще размышляя над его словами.

Ледяной недоверчиво вскинул бровь.

— Какой чай?

— С зельем правды, — ответила честно, так как зелье явно еще действовало.

Через миг передо мной стоял взбешенный ледяной. А та часть зала, где стояло каменное кресло было во льду.

Я ошарашенно разглядывала прозрачный кусок льда от потолка до пола. Слева хмыкнули. Повернула голову. Недалеко от нас стоял безымянный ледяной и невозмутимо пил чай. Нескончаемый он у него, что ли?!

Ириар тоже недобро на него посмотрел. Ему отсалютовали чашкой и насмешливо сказали:

— Я тоже рад тебя видеть, дорогой мой горячо любимый племянник, — и ехидно усмехнулся.

— Здравствуй, дядя, — сдержанно поприветствовал его Ириар. И сразу: — Что за зелье правды, Шеррел?

Шеррел пожал плечами.

— Интересно было насколько уже сильна у тебя ледяная тропа. — И добавил: — Не ожидал.

Ириар сжал зубы. Но ехидно спросил:

— В Запретном зале?! Где никакие зелья, артефакты и любая магия, кроме ледяной не действует?

У меня округлились глаза. Но я же…

Поймала взгляд мятных глаз. Мне подмигнули.

— Никогда еще не встречал такую чистую, наивную и честную девушку, — глубокомысленно сказал Шеррел. — Ты где ее вообще нашел?

— С неба свалилась, — прорычал Ириар.

А затем подозрительно прищурился.

— В Запретном зале… зелье правды… — серебро в драконьих глазах потемнело. — Где оно не действует. Значит, ты использовал…

— Зелья не действуют. А вот вода из драконьего источника императорского рода — вполне, — невозмутимо сделал глоток Шеррел.

И весело взглянул на меня.

— Она человек! — прорычал вдруг Ириар.

— Именно. На людей источник действует как зелье правды.

Я поняла, что сейчас один дракон убьет другого дракона. И не то, чтобы мне было жалко… Наоборот. Но шагнула к Ириару и внезапно обхватила его за руку.

Драконы удивленно уставились на меня.

Смутилась. Но отпускать руку Ириара не стала. Потом подумала и грустно спросила у Шеррела:

— Вы меня отравили?

Тот подавился. Откашлялся, странного глядя на меня.

— Нет. Да и добавил я всего пару капель. Скоро выветрится. — Потом подумал и добавил: — Ты на семейный обед все же приходи. Приглашение в силе.

— Зачем? — без энтузиазма спросила.

— С родителями Ириара познакомишься.

Непонимающе посмотрела на Шеррела. Тот закатил глаза.

— Ир, ты бы ей рассказал про ледяную тропу…

— Замолчи, — ледяным тоном произнес Ириар.

И сжав мою ладонь на локте, развернулся и потянул прочь из зала.

— Весь чай выпила? — на ходу поинтересовался.

Кивнула.

— Это опасно?

— Нет. — Быстрый взгляд на меня. — Просто тянет говорить правду. Не более.

— Совести у него нет, — грустно заметила я.

И неожиданно за спиной прозвучало:

— У императоров нет совести. Запомни, девочка.

Обернулась. Шеррел стоял, убрав ладони в карманы, и спокойно улыбался.

Мы вышли в коридор, пока я пыталась понять, что кажется только, что разговаривала с императором.

В коридоре нас уже ждала ледяная горгулья. Которая, заметив меня, прыгнула и, радостно скалясь, боднула головой. Да так, что я налетела на ледяного. Ириар придержал за плечи.

— Отведи ее домой. Головой отвечаешь, — приказал стражу. Развернулся и скрылся в зале, из которого мы вышли. Каменные двери закрылись.

Анабель

— Пошли лучше, Анабель. Ир будет недоволен, — продолжал нудно зудеть горгулья.

Я, скрестив руки на груди, игнорировала, не сводя взгляда с каменных дверей. Они уже в пятый раз льдом покрывались, крошились и заново. Что там происходит?

— Представляешь, что будет, когда он поймет, что ты еще тут?

— Ничего бы вообще не случилось, если бы кое-кто не решил полетать, — отозвалась хмуро.

— Не бей по больному, — вдруг села горгулья, поморщившись. — Ир мне и так башку оторвет. И это в лу…