Рейдон [ЛП]

— Пожалуй, мне пора. Ты должен пойти туда и уговорить ее прогуляться с тобой сегодня вечером. Будет хорошая звездная ночь, — сказал он, хлопнув меня по спине, прежде чем уйти.

— Эй, Петер, спасибо за совет. И спасибо, что, наконец, открыл мне глаза.

— Нет проблем. А теперь иди и покори ее. В конце концов, вам нужно спасти целую расу.

Я помахал ему рукой и смотрел, как он идет по улице к своей хижине. Я выждал, прежде чем войти внутрь. Бекка пряталась в моей комнате достаточно долго. Ей пора было выйти и насладиться всем, что мог предложить Валмор, а именно окружающей пустыней, которая не была особенно жаркой ночью. На самом деле, там довольно спокойно и прохладно. Кроме того, в окрестностях пустыни нет огней, и мы сможем четко увидеть звездное небо.

Я открыл дверь и вошел в дом. На кухне я стал рыться в поисках чего-нибудь, чтобы можно было взять с собой в пустыню на ужин. Бекка собрала осколки разбитого стекла, оставшиеся с прошлого дня. Она была настроена решительно с самого начала держать хижину в чистоте.

— Не понимаю, как можно ожидать, что женщина будет жить с тобой в таких условиях, — сказала она мне. — Особенно землянка.

Она посмотрела на меня, подняв брови и положив руку на бедро. У нее было другое мироощущение. Когда я оглядел свою холостяцкую хижину, то понял, что с Беккой уже связано много воспоминаний.

— Знаешь, на Земле у меня была посудомоечная машина, которая мыла тарелки. Все, что мне нужно было сделать, это ополоснуть их после того, как я поела, положить внутрь, а машина позаботится обо всем остальном, — сказала она мне, наклоняясь над раковиной, чтобы вымыть наши тарелки после обеда однажды, прежде чем отправиться обратно в мою комнату, чтобы спрятаться от остального мира.

Подушки, которые я положил на пол в гостиной, чтобы сделать кровать для ее подруги Алесии, все еще были там. Я все еще помню эту первую ночь, когда никто не знал, что происходит или как все это будет происходить в будущем. Я подумал, что в ту ночь, должно быть, все изменилось. Мое желание защитить Бекку — и ее подругу, несмотря на ее громкие и грубые высказывания — не ушло, даже если она заперлась. Во всяком случае, она становится сильнее.

Я потянулся к кастрюле, чтобы поставить на огонь, когда услышал треск в спальне. Я тихо поставил кастрюлю, прислушиваясь к звукам, доносящимся из комнаты.

— Все в порядке? — спросил я.

Мне ответили еще более громким стуком, на этот раз более неистовым, чем прежде. Я поспешил от плиты к двери в спальню, но что-то держало ее закрытой.

— Какого черта? Бекка! — прорычал я.

По ту сторону послышался приглушенный, торопливый шепот, стук продолжался. Кто бы ни был с другой стороны, он не хотел, чтобы я вошел в комнату, и, судя по звуку, они запаниковали, узнав, что кто-то пытается войти.

Мои чешуйки проявились, когда я снова толкнул дверь. На этот раз она сдвинулась с места.

— Что за чертовщина с этой дверью? — закричал я, когда толкнул ее, отодвигая свой комод через полкомнаты. Одетые в черное фигуры в комнате остановились и уставились на меня. Они держали Бекку между собой. Ее запястья и лодыжки были связаны. Маленькое полотенце было вложено ей в рот и удерживалось на месте куском ткани, обернутым вокруг ее головы.