Странник [Компиляция, книги 1-5]

Что характерно, так это то, что никто из них даже словом не заикнулся о том, где же я пропадал столько времени. Просто внимательно посмотрели, как я прилаживаю кобуру и прячу ксиву[37] в нагрудный карман пиджака, а потом разразились громкими криками.

Весь вечер меня буквально заваливали новостями. Свежими и не очень. Оказывается, за прошедшее время страна серьезно изменилась. Развал сменился сначала осторожным, а потом и вполне бурным экономическим подъемом. Были восстановлены практически все разрушенные ранее разведывательные структуры и даже создано кое-что новое. Чиновникам все чаще давали по рукам, а в армию стало поступать новое вооружение. В общем, несмотря на огромное количество трудностей, страна медленно и верно поднималась. Что не могло не радовать.

Наутро после бурной гулянки, устроенной по случаю моего возвращения, я отбыл в долгий вояж по Земле, о котором давно мечтал.

Париж меня не порадовал. Грязь, толпы афроазиатских босяков и полное отсутствие того духа, что всегда отличал Париж от других городов. Маленьким Лир-Джет перелетел через Английский канал и был неприятно удивлен похожей ситуацией в Лондоне. Сопоставив с увиденным в Москве, понял, что глобализация, о которой так долго и нудно предостерегали антиглобалисты, совершилась и, похоже, бесповоротно. Но поездка не была бесцельной.

Везде, где мог, я покупал антиквариат и книги, а зайдя в огромный лондонский музыкальный магазин, наконец понял, чего мне так не хватало во всех скитаниях по мирам. И скупил почти все, что было на полках. Конечно, очень многое будет потом безжалостно выброшено в утилизатор, но того, что останется, мне тоже хватит. Побывал на Венецианском карнавале и полюбовался цветением сакуры в Киото.

Понемногу мне надоела суета больших городов и захотелось тихого, спокойного отдыха. Все это я нашел по совету одного из моих бывших подчиненных в небольшой деревеньке на краю Архангельской области.

С компактным рюкзаком на плече сошел с пропыленного автобуса и, пользуясь целеуказанием, выданным словоохотливым водителем, пошел разыскивать дом тетки Агриппы.

Сордианка Тарда Корсана, в миру тетка Агриппа, занесенная неведомым ветром на Землю лет двести назад, жила то там, то тут, меняя раз в тридцать лет местожительство и по необходимости лицо.

На стук в покосившуюся калитку отозвался ленивым утробным рыком старый волкодав и молодой звонкий голос:

– Иду!

Из-за угла дома степенным шагом вышла немолодая, но все еще красивая женщина, в стареньком немарком платье и повязанном на манер банданы белоснежном платке. Мгновенная пауза, и хозяйка дома, судя по ауре – достаточно сильная колдунья, оглядела меня насмешливым взглядом и, молча кивнув, посторонилась, пропуская в дом.