Запрещенные письма [0,5][ЛП]

— Женщины — это не вещи.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

В течение двух раундов боя мы не разговаривали. Девина выглядела так, будто ей не очень хорошо, но осталась на своем месте.

Но вот Уэйн подпрыгнул в воздух и ударил ногой в лицо другому мужчине. Хлынула кровь, из толпы послышался громкий рев возбуждения, который усилился как раз в тот момент, когда противник Уэйна упал навзничь.

Мы сидели высоко, и никто не загораживал нам обзор, так что мы могли видеть все очень четко.

— О, Мать-природа. — Девина ахнула, ее глаза были прикованы к рингу, где Уэйн вальсировал возле противника, подогревая публику.

— Он насмехается над ним. — Девина засучила рукава на руках и плотнее натянула капюшон, будто могла защититься от того, что происходило на ринге.

— Публика любит шоу, и Уэйн популярен, потому что он всегда делает шоу.

В моих словах не было необходимости, так как дикие возгласы и топот ног в толпе говорили сами за себя.

Недалеко от нас мужчина в майке и кожаном жилете встал и начал размахивать в воздухе кулаком.

— Уэйн. Ты — гребаный чемпион. Убей неудачника.

Взгляд Девины переместился с мужчины на меня, и в ее глазах я прочел вопрос. Она хотела, чтобы я заверил ее, что он не говорил серьезно.

Я смотрел прямо перед собой.

Когда мужчина на земле попытался подняться медленными и нескоординированными движениями, Девина прошептала, как будто говорила с ним:

— Не вставай.

Мужчина продолжал попытки подняться.

— Кажется, он получил сильное сотрясение мозга.

— Может быть, — согласился я.

— Тогда он должен лежать.

Было ясно, что Девина не понимает правил боя.

Мужчина на полу встал на четвереньки и пытался подняться на колено, чтобы потом встать на ноги, когда Уэйн сильно пнул его в ребра. Мужчина застонал от сильной боли, а потом его вырвало.

Вокруг засмеялись и засвистели.

К этому времени Девина постукивала ногой так, будто хотела сбежать.

— Почему они не прекратят это? Ему явно нужна медицинская помощь.

Некоторые из людей в нашем ряду начали оглядываться.

— Перестань постукивать ногой, — пробормотал я так тихо, чтобы могла слышать только она. — Это заставляет трибуны вибрировать, и люди оглядываются. Веди себя спокойно и притворись, что тебе либо скучно, либо ты наслаждаешься шоу.

— Но разве ты не видишь, что бедняге нужна помощь? Почему они не прекратят драку?

— Единственный, кто может остановить ее — это он сам.

— Как? Его тошнит, и он ранен.

— Если он не сдастся, борьба продолжится.

Как истинный выпендрежник, Уэйн продемонстрировал отвращение к своему противнику, корча гримасы и оттаскивая мужчину от лужи рвоты. Он потянул его за волосы, заставив публику рассмеяться, и впервые в жизни я не чувствовал, что меня это забавляет.

Сочувствие и страдание, исходившие от Девины, заставили меня взглянуть на нашу культуру ее глазами, и это было некрасиво.