Monsta.com. Повышение без возврата

Неожиданно Рюи опустил подбородок вниз, и я услышала приглушенный смешок. Он заговорил, точно узнал мои недавние мысли.

– Знаете, с чего началось мое знакомство с вашим директором? – вампир обращался ко мне и к Джен в равной степени, но его по-мальчишески колючий взгляд заставил меня сделать как можно более сосредоточенное лицо, отгородиться от всех мыслей о Драйдене. – С побега. И желания примкнуть к труппе бродячих артистов, которые продолжали заниматься своим делом даже во времена смуты[1]. Путешествовали между провинциями, из города-замка одного главы самурайского рода к другому.

[1] Здесь имеется в виду Период Сенгоку. Эпоха воюющих провинций. Примерно 1467-1603 года.

Брать с собой еще один голодный рот они, конечно, не хотели, но я был упрям, а им понравились мои ловкость и владение копьем. Так что за мое обучение взялись практически сразу, но отголоски сражений достигли и нас. Тогда-то я и встретил человека, которого узнал под фамилией Дешвуд.

Труппа вместе с несколькими торговцами и их наемной охраной в лице пары дряхлых воинов направлялась в провинцию Ямато по лесной дороге. Ехать в повозке все же приятнее, чем идти пешком. Приближался вечер, скоро нужно было делать привал. На дороге нам попался только один человек, необычайно высокого роста. Я сперва принял его за какого-то отшельника или монаха, потому что он шел с посохом, был одет в одежду нищего и самурая одновременно, старательно скрывал лицо широкой бамбуковой шляпой. Он шел медленно и налегке, мы обогнали его.

Но на привал мы так и не успели расположиться. Дорогу нам перегородили бандиты. Кто-то из них прежде служил своим господам, но предпочел стать дезертиром. Путь был отрезан. Их было слишком много. Матерые, свое владение копьем я не мог им противопоставить.

Перебили всех, кроме меня и сынка одного торговца. Мы показались им слишком юными и кхм… достаточно смазливыми. Разбойники собирались потешиться прежде, чем нас убить. Тогда-то и появился тот самый то ли монах, то ли отшельник, которого мы встречали прежде. С легкостью, орудуя только посохом, он попортил десятку дезертиров их жизненно важные конечности, вот только подкрепление из леса не заставило себя ждать. Тогда я впервые увидел, что его лицо совершенно не похоже ни на одно, что я видел раньше.

Сынок торговца схватил один из брошенных мечей и разрезал сбрую на лошади, одной из повозок, чтобы вскарабкаться на нее и ускакать прочь. Лошади тогда были слишком ценны, их всегда старались не убивать. Даже самый распоследний убийца бы над этим подумал.

Я не будь дурак тут же последовал его примеру, вскакивая на последнюю из наших лошадей. Но и оставлять неизвестного странника в кольце разбойников тоже не собирался. На скаку я протянул ему руку, и он будто взлетел на лошадь. Вот только кобыла при этом истерично заржала и понесла нас в чащу, не боясь переломать ноги. Тогда я, конечно, не понял, почему так изменилось ее поведение. И просто вцепился в гриву и прижался к шее животного, но худшее ждало меня впереди.