Индейцы озера Титикака
- Автор: Шольц Вацлав
- Год: 1970
- Язык: русский
- Год: Мысль
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Индейцы озера Титикака». Краткое содержание книги:
Чехословацкий этнограф рассказывает о путешествии в район, сыгравший огромную роль в развитии доиспанской культуры Америки. Он подробно описывает быт, нравы и обычаи индейцев аймара, живущих по берегам и на островах крупнейшего высокогорного озера мира.
Владелец машины перед самым селением остановился и предусмотрительно собрал плату за проезд, руководствуясь, видимо, принципом: то, что можешь сделать спокойно сейчас, не сумеешь в сутолоке городка. Затем мы уже окончательно остановились на площади, и, когда на землю посыпались ящики, индейцы и мешки, нам удалось сгрузить свой багаж и основательно помятые тела на тротуар. Оттуда мы направились в квартирное бюро Патриа, поскольку для местных отелей мой карман оказался слишком тощим. Когда мы смыли пыль, то пустились на поиски какой-либо переправы на остров Солнца, который находился почти в тридцати километрах отсюда.
Посетили особу с роскошным титулом «офисиал майор», и эта особа благодаря подписям высоких лиц на моем препроводительном листе решила, что у нас денег куры не клюют. Если, например, хотим моторную лодку, то это будет стоить в одну сторону каких-нибудь 300 тысяч боливиано, и это, мол, вполне комфортабельно. Я деликатно объяснил ему разницу в денежных ресурсах между богатым туристом и научным работником, и тогда он заявил, что обеспечит нам парусную лодку за гораздо меньшую плату. Пока, мол, можем наслаждаться местными красотами, а после полудня, в четыре часа, уже будет известно, что и как.
Копакабана, кроме всего прочего, интересна и тем, что через нее перевозят множество контрабандных товаров — по суше, в автобусах и грузовых камионах. Контрабандные товары — это главным образом водка «писко» и сладости. Самая большая проблема для контрабандиста — провезти товар через два места, где есть таможенный контроль. Одно из них — пролив Тикина, другое — таможня перед самым Ла-Пасом в Эль-Альто. Чтобы счастливо преодолеть эти два препятствия, контрабандисты пускаются на самые различные уловки и для пущей уверенности еще в Копакабане зажигают в храме перед Мадонной по крайней мере маленькую свечку.
С одним моим другом произошел следующий случай. Он ехал камионом из Копакабаны в Ла-Пас. Его багаж составляла холщовая сумка, которую он положил на специальную огороженную площадку для вещей над крышей камиона. В Тикине все пассажиры должны сойти с машины и перейти на парусник, перевозящий людей. Камион затем въезжает на специальное судно для перевозки машин и таким способом переправляется на другую сторону. В машине во время переправы может остаться только шофер.
На другой стороне таможенники основательно осмотрели багаж едущих — все эти разные узлы, мешки и тюки, которые возят с собой индейцы. В сумку моего друга не заглядывали, удовлетворились его бумагами, поскольку он был иностранцем. Перед Ла-Пасом друг хотел взять что-то из своего багажа, открыл сумку — и нащупал внутри две бутылки. «Писко», разумеется. Спросил, чье это, но никто не откликнулся. Тогда он сказал: «Это не мое, и я не хочу иметь неприятностей с таможенниками. Передам их в Эль-Альто в таможню».
И тотчас хозяин нашелся. Толстоватая чоло, одетая во множество юбок, с котелком на голове. Это ее, она туда положила, чтобы бутылки не заметили таможенники, везет их для заработка, она бедная; затем начались причитания о том, как будет плохо, если бутылки передадут в таможню. «Так вы их возьмите», — сказал друг. Сетования начались снова. Ведь их непременно конфискуют, ей некуда спрятать, и еще придется платить штраф. И у него, мол, нет сердца, раз он не может оставить эти бутылки в своем багаже, ведь его не станут осматривать, и таким образом все будет в порядке.
Чоло уже переходила постепенно на злобный тон, и не было никакого намека, что она хотела бы попросить об услуге. Таможня приближалась, и друг, стремясь избегнуть водопада слов, положил снова бутылки в свой саквояж. Все пассажиры камиона держались во время этой сцены серьезно, никто даже не усмехнулся. После таможенного досмотра чоло попросила вернуть свои бутылки, а поблагодарить и не подумала.
После полудня мы зашли снова к тому сановнику. Он, однако, ничего не знал, на другой день тоже ничего, и, таким образом, мы спокойно осмотрели городок, взобрались по крутизне к кальварии и полюбовались видом, открывавшимся оттуда, посетили «суд Инки», где сиденья вытесаны прямо в двух скалах, и располагали еще временем для того, чтобы взобраться на противоположную скалу, где находится другая древняя достопримечательность, называемая «эшафот Инки», — вытесанный из камня блок, положенный через два высоких скалистых утеса.
Когда же мы снова пришли к упомянутому деятелю, у него не было времени, поскольку за полчаса до этого прибыл автобус, следующий из Перу в Ла-Пас, и он как исправный представитель города сидел с проезжающими в пивной напротив ратуши. Мы терпеливо ждали в парке на лавочке, и это была ошибка. «Офисиал майор» поднапился, и, когда автобус, наконец, отъехал, говорить с ним было уже бесполезно. Мы опечалились и решили действовать на свой риск. Вероятно, это нужно было делать уже давно, так как в течение двадцати минут мы нашли на пристани индейца, которого звали Ч'оке, то есть по-аймарски господин Картофелина, у него была маленькая лодка, и он согласился доставить нас обоих за 10 000 боливиано на остров. А когда? Сейчас, через полчаса едем.