Электронная книга - «Превозмоганец-прогрессор. Дилогия (СИ)». Краткое содержание книги:
Тания подтянула повод лошади и посмотрела на западную дорогу.
— Энтор, решение мной уже было принято, и менять его я не собираюсь, — в голосе иск-магини звучала твёрдость, — Конечно, буду благодарна, если ты договоришься в городском совете, чтобы отозвали розыскной лист на меня. Только, я отправляюсь в столицу, чтобы поступить на армейскую службу, так что, как видишь, мне уже всё равно, что насчёт меня решит ваше сборище плутов и выжиг — нашему славному королю на это наплевать.
Егоров наблюдал за менялой и старался понять, насколько тот искренен в своём желании помочь своим освободителям, и с некоторым удивлением пришёл к выводу, что, пожалуй, этот деляга реально испытывает чувство благодарности. Как и наёмник из Братства.
— Ты хоть понимаешь, что отправляешься, считай, прямо на войну, Тания? А ты, Игорь? Тоже едешь с ней? — Терм Сотвик поморщился, — После сбора второго урожая наш король наверняка опять попытается вернуть себе Гарвольс, об этом уже говорят на всех площадях и…
— Это же отличный способ прославиться! — воскликнул попаданец, — А может даже заслужить дворянство и титул. Как раз то, о чём я мечтал, покидая отчий дом.
— Вернее там заработать погребальный костёр, а то и вовсе землю какого-нибудь оврага, — устало произнёс Энтор, видимо, поняв, что его увещевания бесполезны, — Жаль. Но вы хоть не Ливорским трактом езжайте. Не забывайте, что на нём, чуть севернее, банда лэна Агана разбойничает. Их не меньше полусотни.
— Спасибо, что предупредил, дорогой друг, — кивнул Игорь, — А могу я всё же попросить тебя об одной услуге?
Егоров не забыл про своего совсем взрослого друга Кольта, который сильно переживал о судьбе своей сестры-близняшки Гильмы. Попаданец попросил Энтора Пая её разыскать, выкупить и пристроить на время у себя. Меняла пообещал сделать всё возможное, и особых сомнений, что он выполнит обещанное, у Игоря не было — для Энтора это сущий пустяк.
Расставшись с бывшими пленниками, попаданец и его подруга погнали своих лошадей неспешной рысью — Егоров всё более уверенно чувствовал себя в седле, хотя спрогрессорствовать насчёт стремян решил уже в самое ближайшее время — надо только сначала добраться до Кольта и скрыться подальше от мести здешних владетелей. То, что беглецов Крим Рой и его друзья будут искать, чтобы свести счёты, попаданец не сомневался.
Само собой, ни в какую столицу, чтобы поступить на военную службу к королю Витору Второму, Игорь с Танией не собирались. Просто, освобождённым им шеродцам совсем ни к чему знать их планы. Вот только, Егоров на данный момент сам плохо представлял свои намерения на дальнейшую перспективу, зато ближайшие действия очевидны — выжить, побольше узнать об этом новом для него мире и хоть как-то в нём устроиться.
Через несколько километров от места расставания с менялой и его спутниками напарники повстречали карету в сопровождении десятка вооружённых всадников и пожилого иск-мага. Редкие лески и рощи уже начали уступать место сплошному лесу, поэтому выехавшая беглецам навстречу компания возникла из-за поворота совсем неожиданно.
— Что там горит? — поинтересовался старший из встреченных воинов, останавливаясь сам и давая знак остановиться остальным.
Ни представиться самому, ни поинтересоваться паспортными данными Егорова и Молс он не удосужился — окинул внимательным взглядом напарников, задержал чуть дольше внимание на магических рисунках на открытых участках тела Тании и весьма учтиво поклонился.
— Да кто ж знает-то? — хмыкнула иск-магиня, обернувшись на всё более густеющие и чернеющие клубы дыма, поднимающиеся на востоке — похоже, огонь уже добрался до балок башни, — Мы вот решили не рисковать и развернулись, и так про Машверский мост плохие слухи ходят.
— Нужно ли моей коллеге опасаться, из-за всяких глупых разговоров? — улыбнулся подъехавший от повозки иск-маг.
— Мелорт! В чём дело? Почему мы встали? — пискливым голосом спросила появившаяся из кареты богато одетая тётка среднего возраста.
Следом за ней из дверцы выскочила растрёпанная некрасивая девка с небольшой деревянной лоханью и выплеснула её содержимое прямо под колёса кареты. Кстати, сей транспорт выглядел ужасно примитивным, напоминая ящик на колёсах.
Иск-маг вернулся к повозке и принялся объяснять тётке причины остановки, показывая рукой на дым.
— Мы вернёмся на тракт, — сказала Тания старшему эскорта, — Проедем до Лишайки и уже там свернём.
— Вдвоём в тех краях опасно, — предупредил их воин, — Особенно, за Удельным.
— Мы севернее не поедем.
Иск-магиня говорила спокойно и равнодушно. Игорь старался рот не открывать, чтобы сразу же не выдать в себе иноземца и не вызвать тем самым лишние вопросы.
Оставив встреченных господ и товарищей решать, ехать тем к Машверскому мосту или нет, напарники направились дальше, но через пару километров Тания в заботе о своём друге настояла на длительном привале.
Всё же, Тания молодец, настоящий заботливый друг — поспав каких-то три часа, Игорь отлично отдохнул, хотя всё это время ему снился дурацкий сон, как он, взяв у Егора Безпалько его моноколесо, рассекал на скорости по поселению-замку Рой, пугая обоих баронесс.
— Ты чего улыбаешься? — поинтересовалась подруга.
— От мыслей, что мы с тобой никуда не поедем, пока и ты не поспишь хотя бы часок.
К тракту они добрались уже к вечеру и могли из подлеска наблюдать, как бодро, в ожидании скорой ночёвки, по дороге топала сотня новобранцев, вооружённых длинными заострёнными копьями, без доспехов, зато со щитами. Впереди и позади колонны копейщиков ехали верхами пятёрки одоспешенных воинов, а сзади тащились четыре повозки с различным имуществом и продуктами.
— Всё, Зееноду конец, — прокомментировала Тания, — С такими солдатами Вернигу не только республика, не только другие королевства-соседи, но и, пожалуй, империя не страшна.
— Да уж, — согласился с ней Игорь, весьма впечатлённый жалким видом будущих вояк, и отполз поглубже за кустарник, где и сел, — Слушай, ну, эти-то салаги, ладно. А бывалые-то про боковое охранение тоже, что ли, ничего не слышали?
— А что это такое? — иск-магиня переместилась к напарнику и достала из сумки бурдючок с сильно разбавленным вином, — Я ведь только собиралась в армию, так что, не разбираюсь в военных делах. Только скажу, что новобранцам на землях родного королевства ничего не угрожает. И не столько потому, что взять с них нечего, а копьём в живот получить можно, сколько из-за скверного, порой, характера нашего короля. Тому, кто нападёт на этих замарашек, потом лучше будет бежать к тебе в Монголию. Верниг не успокоится, пока его полки тут всё не прочешут.
— Понятно, — хмыкнул Игорь и, вновь продвинувшись к краю зарослей, проводил глазами скрывшуюся за разлапистой кривой елью последнюю телегу колонны, — А где таких увальней набрали? У вас в Шероде?
— Кого-то да, в городе. Из тех, кому уже деваться некуда, — Тания грустно улыбнулась, — Вроде меня. Нет, даже не таких — а кому банально есть нечего. Но, в основном, в той колонне, думаю, бывшие крепостные крестьяне.
— Да ладно, — удивился попаданец, — а их господа как реагируют на то, что у них рабочую силу забирают?
— Игорь, правда, ты самый умный, находчивый и хитрый парень из всех, кого я только знала. Но иногда… Нет, это мне пора привыкнуть, — Тания почесала нос и вновь полезла в сумку, на этот раз за сыром, взятых из закромов Машвера, — Ты ведь из Монголии, я всё забываю. Колонна уже далеко отошла. Мне кажется, нам пора.
Суть комплектования королевской армии подруга объясняла уже по ходу движения, когда, переехав тракт, они углубились в Сонные дебри — откуда взялось такое дурацкое название почти таёжного края, иск-магиня не знала и никогда даже не задумывалась.
— Кроме рабов, любой может поступить на военную службу, — иск-магиня придержала лошадь, позволяя своему другу определять направление движения — куда им ехать знал только он, — За воспрепятствование желанию служить короне законом предусмотрены весьма неприятные наказания, даже для дворян, от больших штрафов и вплоть до лишения владений. Те крепостные, которые изъявляют готовность заключить контракт с королевским вербовщиком, получают свободу не только для себя, но и для своих жён и детей, а через двадцать лет ещё и возможность устроиться в страже любого из городов, в королевской таможне или мытне. То, что почти никто из крепостных крестьян не хочет идти служить — уже другой вопрос.