Сага о розах. Книга первая

– Мисс Омико. Мисс Омико, проснитесь.

Я непонимающе заморгала, пытаясь понять, что вокруг происходит и почему я не в своей спальне. Но в следующее мгновение всё вспомнила.

– Мне жаль будить вас, но дождь кончился. Пора возвращаться.

Оррин по-прежнему прижимал меня к себе, согревая, но мы не сидели, а лежали. Точнее лежала я, а он полусидел, опираясь на локоть левой руки и с улыбкой смотрел на меня. Из-за смущения я предпочла поскорее принять сидячее положение и первым делом глянула на небо. Скромно выглядывающее из-за тёмно-серых облаков солнце говорило о том, что уже далеко за полдень.

– Какой кошмар, уже так поздно!

– Да, мы с вами попали в очень компрометирующую ситуацию, – согласился он и, тоже сев, провёл пальцами по моим волосам. – Быть может, ваша подруга сможет как-то её сгладить?

Мне оставалось только отрицательно покачать головой и радоваться тому, что отец чего-то подобного и ждал. Но, видимо, мои глаза были полны отчаяния и тревоги, раз Оррин взял мою ладонь в свою и, вздохнув, постарался утешить.

– Что же, значит мне придётся разрешать проблему самому.

– Как же вы её разрешите?

– Есть способ. Вот только…

– Что «только»?

– Мне бы хотелось, чтобы вы немного скрасили предстоящее.

Его лицо приблизилось к моему. Я видела, что он хочет поцеловать меня. Мужские пальцы с лаской провели по моей щеке, и я невольно потянулась к Оррину. Мне хотелось попробовать запретный плод. Однако стоило его губам дотронуться моих, как я в испуге извернулась и резко поднялась на ноги.

– Простите, что дала вам повод поступить так, но… я не такая девушка, господин Грейфф!

Сказав так, я начала нервно мять руки, а он, восхищённо и жадно глядя на меня, засмеялся.

– У меня не было в этом сомнений, мисс. Но я был бы глупцом, если бы не рискнул попробовать получить вашу благосклонность.

– Будьте осторожнее, вы рискуете получить моё презрение! – даже я сама не поверила в свои слова. Что уж говорить об Оррине? Но приставать ко мне он перестал.

Вскоре наши лошади бок о бок потрусили обратно, но больше я не беспокоилась. В какой‑то момент мне стало яснее некуда, что я не стану оправдываться перед отцом. Если он хоть что-то выскажет мне, усомнится в моём целомудрии или спросит, отчего я не воспользовалась ситуацией, чтобы помочь Сабрине, то я просто‑напросто оповещу его о своём отъезде и уеду. Я не буду трусливо сбегать, поджав хвост. Он и то имел смелость высказать мне в лицо, что я нежеланная дочь. Так пусть знает, что и я не желаю иметь такого отца!

Мой нос гордо поднялся, когда мы с Оррином въехали во двор. Мысленно я себя накрутила так, что была готова ко всему. Смелости во мне было на целую армию. Вот только первой вместо отца я увидела встревоженную Сабрину. Судя по всему, она даже плакала недавно.