Нептида: Искупление

А вот Олегу повезло меньше. Обходя странную деревянную конструкцию по кругу и пригибаясь между висящими полупрозрачными полотнищами, он вдруг почувствовал что старуха схватила его за руку, причем сила ее хватки ничуть не уступала стальным браслетам корпорации.

— Вижу, вижу — ты путь свой ищешь! — произнесла она скрипучим голосом и у бывшего корпората от него почему — то по коже пробежали мурашки. — Ты недавно потерял большую семью и в тебе сейчас живет страх… Но он пройдет. И на его месте останется пустота. И тогда тебе нужно будет решить чем заполнить ее. Страх — это червь, который питается сомнениями в твоих мозгах… Не позволяй ему взять верх над своими мечтами и больше полагайся на хаос, тогда ждет тебя Великий путь… Манждут всё знает!

— Полагаться на хаос? Какой еще манджут?! — спросил капрал, пытаясь освободиться от мертвой хватки вещуньи. — Отпусти меня, старая!

— Не я держу тебя здесь, но судьба твоя… — она провела пальцами второй руки по какой — то деревяшке, испещренной не то древними письменами, не то просто царапинами, и благоговейно указывая на нее невидящим взглядом, произнесла. — Вот он — Манджут…

— Да, и что кусок старого дерева может знать о людях?!

— Это не просто кусок дерева, а обломок доски из корабля великого Ясона! Она ведает всеми судьбами и издревле приносит успех мореплавателям.

Слепая прорицательница отпустила руку капрала, но он почему — то не спешил уходить. Какие — то слова, а может быть сама манера говорить слегка нараспев, удерживали его здесь. Меж тем гадалка продолжила, плавно раскачиваясь всем телом:

— Верного друга себе обретешь ты… береги его и будет тебе удача. Стань ему опорой и откроются перед тобой все дороги. Прочь сомнения! Помни — не название делает орла птицей, а крылья. Манджут всё видит! В любой ситуации правильный путь найдет.

Старуха сомкнула уста и пристально посмотрела на него слепыми глазами. В её старом лице, изрезанном множеством глубоких морщин и прожилок было что — то особенное, что — то суровое и одновременно очень теплое, почти родное. Бойко, как и все выпускники корпуса никогда не знал свою мать и никто никогда не говорил с ним как с сыном. Олег сглотнул. Он не знал как относится к услышанному, но на уровне чувств понимал главное — это был первый человек в его жизни, который не приказывал ему, а просто желал добра. Лицо старой женщины было застывшим словно маска, но ему показалось что теперь он различает в ее чертах что — то навроде ласковой улыбки.

— Спасибо, — почему — то произнес Олег, сам не понимая того, что с ним происходит. Время словно замерло и он стоял в луче света, окруженный тьмой. Он никому и никогда не признался бы в этом, но страх действительно начал потихоньку отпускать его. Страх за своё будущее.

Снаружи что — то громко бахнуло и в тот же миг мир словно ожил, возвращая его к реальности. Автоматные очереди прорезали темноту священного барака, проделывая десятки крохотных отверстий в стенах. Лучи света тут же ударили со всех сторон, и волшебная пелена спокойствия окончательно спала, сменившись криками, эхом громких выстрелов и дымом, который постепенно начал заполнять всё помещение. В дальнем конце заплясали огоньки пламени и Олег только подумал о том, что надо бы вынести прорицательницу наружу, как вдруг мощнейший взрыв разрушил всё здание.