Роковая фантазия

— Что тут?

— Хороший виски.

— А у тебя? — спросила я, указывая кивком головы на пастельно-розовую коробку, которая сидела в руках Фила.

— Позолоченная ваза.

Оставив меня у машины с открытым ртом, он направился по дорожке к парадному входу. Я застыла, пораженная одной мыслью: откуда у него столько денег? Богатые родители? Нажитый капитал? Фил ничего о себе не рассказывал. Конечно, у него должны быть деньги, раз он выкупил бар, когда переехал в лагерь. Но кем он был до этого? Я думала, что обычным барменом. Выходит, нет.

Чтобы не отставать, я поспешила за ним.

Сердце бешено колотилось в груди, а коробка норовила выскользнуть из рук. Подходя к порогу дома, я прижала ее ближе к себе. Сразу вспомнилось, как последние годы я все с большим нежеланием возвращалась в родные стены. В своей маленькой квартирке в лагере я чувствовала себя намного лучше, нежели в родительских хоромах.

Но только дверь отворилась и на пороге показались отец с матерью, мои губы растянулись в радостной улыбке. Удивленные взгляды родителей мгновенно приковались к Феликсу. Обомлеть! Мать наверняка думает, что в лесу сдохло, ведь я всю жизнь жаловала только брюнетов. Но что удивило отца?

Он молчаливо некоторое время глядел на моего «парня», прищурив глаза, а потом вдруг их расширил:

— Миша?

— Давно не виделись, Федор Степанович. Вот так сюрприз.

Что я, что мама вперились озадаченными взглядами в Феликса. Миша? Знаком с моим отцом? Но как?

— Рад тебя видеть, — сказал папа, и мужчины обменялись рукопожатиями.

— Проходите в дом, — наконец подала голос мать. — Чего стоять на пороге?..

В прихожей мы вручили подарки, чем вызвали добродушную улыбку у матери. Она сразу же отдала их нашей домработнице, которая без проблем водрузила одну коробку на другую и унесла их куда-то.

— Так вы знакомы? — не сдержалась мать, сканируя моего «парня» подозрительным взглядом.

— Десять лет назад Миша работал моим личным водителем, пока не уехал учиться за границу, — объяснил папа матери, а потом обратился к Филу. — Не захотел остаться в Лондоне после учебы?

— Решил вернуться. И, конечно, не зря. — Повернув ко мне голову, он многозначительно улыбнулся. Мои губы невольно растянулись в ответную улыбку.

В сумочке задребезжал телефон. Я извинилась и, достав его, хотела сбросить вызов, но увидела имя Лео и задумалась. Он ведь сегодня допрашивает пойманного горожанина. Может, есть какие-то новости?

Я еще раз извинилась, сославшись на звонок от клиента, и скрылась за дверью, где у нас размещалась лестница, ведущая к бассейну и сауне. Спустившись по ступенькам, я наконец-то подняла трубку.

— Почему ты мне не сказала, что едешь к родителям?

Неожиданный вопрос, заданный возмущенным тоном, меня ошарашил. О своей поездке я говорила лишь Соне, Командиру… Ну и на ресепшене при выходе из лагеря предъявляла разрешение на длительное отсутствие. И сколько человек теперь знает, где я?