1415. Азенкур. Новая история

Два дня спустя король объявил лордам о своем намерении провести экспедицию, которая продлится целый год, а также огласил ставки ежедневного жалования, которое будет выплачиваться в зависимости от того, куда он решит отправиться в поход. Эти ставки соответствовали предыдущим прецедентам. Для Гиени они были выражены в годовых цифрах: 40 марок (26 фунтов 13 шиллингов 4 пенса) для латников и 20 марок (13 фунтов 6 шиллингов 8 пенсов) для лучников, что соответствует 18 пенсов и 9 пенсов в день соответственно. Для Франции были указаны дневные ставки: 12 пенсов для латников и 6 пенсов для лучников, а также дополнительное вознаграждение в размере 100 марок в квартал за каждые тридцать бойцов. В обоих направлениях рыцари-бакалавры должны были получать 2 шиллинга в день, бароны и рыцари-баннереты[304] — 4 шиллинга, графы — 6 шиллингов 8 пенсов, герцоги — 13 шиллингов 4 пенса. Все титулованные дворяне служили в качестве латников и поэтому учитывались при расчете службы во Франции. Эта система была разработана в 1370-х годах для замены компенсационных выплат за потерю лошадей, поскольку ранее требовалось детально изучить и оценить потерю каждой лошади, что оказалась слишком обременительным, когда все войска стали конными.[305]

В течение следующих двух недель были составлены договоры, стандартной датой их подписания стало 29 апреля, хотя в последующие месяцы продолжали заключаться дополнительные контракты.[306] По условиям договоров, капитанам должна была быть выплачена половина жалованья за первый квартал при подписании договора по гиеньским ставкам,[307] а вторая половина — во время смотра. Если к этому моменту король принимал решение отправиться во Францию, то второй взнос должен был быть соответствующим образом скорректирован с учетом более низких ставок жалования. В качестве гарантии выплаты за второй квартал получатель должен был к 1 июня доставить драгоценности на сумму, равную жалованью за второй квартал. Они должны были быть выкуплены к началу 1417 года. За третий квартал жалованье должно было быть выплачено в течение шести недель после его начала. За четвертый и последний квартал, если король не даст поручительства к половине третьего квартала, то капитан освобождался от обязанности служить после трех кварталов.

Эти условия должны были отражать результат переговоров между королем и дворянами в течение последних двух недель апреля. Окончательно согласованные условия предоставляли королю возможность рассчитывать на службу войск в течение полных двенадцати месяцев, но также давали капитанам некоторые гарантии относительно получения жалования. Другими словами, был достигнут компромисс. Об обсуждении планов короля также свидетельствует запись в "Списках выдачи" за 19 апреля, где Уильяму Хоклисту было выплачено почти 24 фунта стерлингов за стоимость завтрака в Вестминстерском дворце с герцогом Кларенсом и другими лордами, чтобы король мог получить совет "по поводу его нынешней экспедиции в Арфлер и страну Нормандию".[308] Другие записи в "Списках выдачи" с 16 апреля до середины мая также говорят об экспедиции в Арфлер. Можно не сомневаться, что ближайшее окружение Генриха знало о намеченной цели, даже если он публично держал свои намерения неопределенными.[309] Его слова о походе в Гиень, возможно, были уловкой, чтобы побудить людей к найму на службу,[310] поскольку более высокие ставки жалованья, выданные в первой выплатой после найма, могли рассматриваться как компенсация за отсутствие уверенности в быстрой денежной выплате на более поздних этапах экспедиции. Король также позаботился о том, чтобы драгоценности в качестве обеспечения выплат за второй квартал были предоставлены как можно скорее. 13 мая он приказал Ричарду Куртене, епископу Норвича и хранителю королевских драгоценностей, передать драгоценности казначею Томасу, графу Арунделу, чтобы они были выданы капитанам в соответствии с договоренностью.[311] (На практике, однако, распределение драгоценностей не уложилось в срок до 1 июня и продолжалось в течение нескольких недель до отплытия экспедиции). Дополнительным стимулом для вербовки послужило то, что в мае на время кампании было приостановлено проведение генерального суда, что избавило нанимавшихся от беспокойства по поводу каких-либо имущественных исков.[312]