Из осажденного десятилетия
- Автор: Долгарева Анна Петровна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Крошка Енот
- Жанр: Прочая поэзия
Электронная книга - «Из осажденного десятилетия». Краткое содержание книги:
и вода всепобеждающа и сильна.
наступает весна.
БАШНЯ
Алексею Журавлёву
Говорят, что мир сдвигается с места, и я вижу, как
он сдвигается,
потому что ломаются горы, трещат деревья, из лесов
выбегают зайцы,
потому что кто-то хрипит и стонет в чёрном озере
подо льдом,
потому что я смотрю на тебя, и вижу тебя с трудом.
Говорю тебе, мир сдвигается с места. Голоса друзей
не слышны в тумане,
я кручу телефонный диск,
но связи нет, а день никак не настанет,
потому что подходят к концу запасы тушёнки, галет
и чаю,
потому что я держусь за тебя и едва тебя ощущаю.
Мир сдвигается с места: два года назад была бы
весна по календарю,
я смотрю на тебя, и держусь за тебя, говорю,
говорю, говорю,
ничего, кроме слов; я не знаю,
есть ли ты вообще на свете,
но если бы тебя не было, то зачем бы тогда все эти
рыбы и птицы, медведи и зайцы, вот это всё, что мне
снится,
светлый дом, и тихая музыка, и скачущие синицы?
И пока мир сдвигается с места,
я касаюсь тебя словами,
я держусь за тебя словами,
и длится цепочка существований,
и я говорю: «я люблю тебя»,
и это одно,
что есть непреложно так,
и темнота, меня обступившая, отступает ещё на шаг.
МАРТ
К одной девушке,
у которой не было даже кота,
то есть, заботиться было не о ком
низачем,
подошёл у метро мужчина
и подарил ей луковичку цветка,
точнее, цветёныша,
маленького совсем.
И ушёл,
почти убежал,
потерялся в толпе.
Непонятно, был ли совсем,
или это шутила весна.
Но у нее остался цветёныш,
и она его принесла к себе
и поселила в комнате у окна.
И не то чтобы сразу всё стало лучше,
но всё же ей
стали сниться зелёные сны
и начала отступать темнота.
А цветёныш рос,
и в комнате становилось теплей,
и вскоре она завела кота.
И ей снились тонкие реки
и леса за пределами карт,
и далёких гор горбатые линии.
А человек шёл дальше,
и он был – март,
и глаза у него были самые синие.
СМЕРТИ ВСЁ РАВНО НЕТ
Алексею Журавлёву
а пока не любили, думали, что бессмертны,
были дети, сидящие у воды,
камешки бросая по дорожке рыжего света,
камешки, не оставляющие следы.
думала, что мы – как горы или река,
думала, мы бессмертны, у нас впереди века,
впереди века для каждого дурака,
каждый был – нулевой аркан, дырявый карман,
спрятанный в ладони каштан.
пока ты – дитя, твои дни идут по спирали,
розовые дни, небесная позолота,
но потом мы друг друга встретили и узнали,
и это стало точкой отсчёта.
пока ты – дитя, ты скользишь по воде,
не оставляя следов нигде,
не оставляя следов и не помня лиц,
но то, что имеет начало, имеет конец.
и это неправда, что любовь не имеет финала,
а значит, и всё живое имеет финал,
и мы стали смертны, стали тёплым и алым,
и вышли из начала начал,
и трогали мир проснувшимися руками,
и мир был смертен, молод и тонконог,
оказалось, что мы – не вода и камень,
а дерево и цветок.
и года идут не мимо, а через нас,
серебристыми нитями задерживаясь в голове,
и ещё – вокруг происходит мир,
вот прямо сейчас,
сходит лёд в Неве.
и мы живём, и трава вырастает в наших следах,
и мы идём на свет, и лица у нас в этом свете,
и я бы хотела сказать, что буду любить всегда,
но получится только до смерти.
ЛОДКА*
Алексею Журавлёву
а я лежу на дне лодки, а лодка моя плывёт,
а я гляжу в серебристый северный небосвод,
а мне нисколько лет, я – песок и камни,
я – рыжая глина, я – чёрные влажные корни,
а лодка плывёт, и я касаюсь воды руками,
и вода заливается синим и чёрным.
а лодка плывёт на север, к северному сиянию,
а я есть никто, и я есть любовь, не более и не менее,
и руны легли перевёрнуты, мол, не смотри заранее,