Моя новая маска

За образец я взяла того самого, полюбившегося Эжен, медвежонка. Посмотрев на неуклюжую фигурку, решила кое-что изменить. Глазомер у меня всегда был хороший, поэтому, взяв несколько листов самой дешевой серой бумаги, я аккуратно перерисовывала детальки, которые мне понадобятся, внося изменения в размеры и формы по ходу работы.

Рисовала я минут пятнадцать, а потом Линк, вооружившись ножницами, внимательно вырезал бумажные лекала. Я, по характеру, всегда была немного педантом и подумала, что если моделька получится удачной — стоит сохранить выкройки. И вообще — нужно заводить папку и собирать все их в одном месте.

Размер игрушки я увеличила в два раза. Расстелили на столе кусок просохшей мешковины и крошечным обмылком, подобранным мной в прачечной, обвели по контуру все детали. Вырезать опять помогал Линк — ему было так интересно, что от усердия он высовывал язык, обрезая неровно торчащие нитки.

С сомнением посмотрев на часы, я поняла, что сшить сегодня все просто не успею, Эжен проснется меньше, чем через час. Но под умоляющим взглядом Линка, сметала первые несколько деталей — голову медведя и два круглых ушка.

Брат явно был разочарован результатами нашего труда. Понять его было легко — без набивки, с не пришитыми ушами, без носика и глаз медвежья мордочка выглядела жалко и уродливо, тем более, что шила я не «на века». Все же это еще не сама игрушка, а только пробный образец.

У мальчика было очень выразительное лицо, и он еще совершенно не умел скрывать свои эмоции. Однако я высоко оценила то, что он не стал ныть или критиковать мою работу. Тяжело вздохнув, но оставив все свои мысли о нашей неудаче при себе, он молча помог мне собрать обрезки ткани, ножницы и прочий хлам и даже принес веник — мы немного насорили.

На обед еда у нас осталась со вчерашнего дня, но решив слегка подсластить Линку горькое разочарование, после супа и котлет я снова повела детей на прогулку. Погода стояла просто замечательная, в воздухе терпко пахло первыми, еще клейкими листочками, а солнце припекало так, что я подумала о необходимости панамок.

Дети в нашем излюбленном парке были одеты уже совсем по-летнему. Я внимательно присматривалась к фасонам одежды и никак не могла решить — простительно ли будет, если я внесу в одежду для малышей некоторые изменения?

На мой взгляд чулки с подвязками смотрелись на детских ножках просто ужасно, конечно, смешные панталончики с рюшами скрывали, что эти самые чулки просто примотаны к ногам! Но каждый вечер, раздевая Эжен перед сном, я с ужасом смотрела на красноватые рубцы, остающиеся на детских ножках выше колена. Линк раздевался сам, но и у него я замечала подобное.

Сегодня мы не пошли к качелям, а отправились в другую сторону парка — судя по разговорам детей, попадавшихся нам на встречу, там прилетели утки. Озеро меня насмешило. Это была мутноватая круглая лужа, явно искусственного происхождения, метров десяти в диаметре, и по ней торжественно, не забывая гордо покрякивать, плавал толстый яркий селезень в сопровождении пяти невзрачных уточек. К берегу они подплывать опасались, потому что десяток гомонящих и размахивающих руками детей их явно отпугивал.