Странник [Компиляция, книги 1-5]

Но мне запросто могли не дать этой возможности. Как минимум, потому, что подобное вместилище могло стоить сотни миллионов арков.

Магистр наконец закончил готовить свое варево и, ухватив узловатой когтистой лапой кружку, булькнул в нее свою трубку и с шумом и бульканьем втянул в себя как минимум половину. Затем слегка зажмурился и проскрипел:

– Ждешь, когда мы отнимем у тебя носители?

– Жду, когда мне скажут, под каким предлогом это будет сделано.

Арсой довольно заклекотал, вероятно, смеялся на свой манер и, махом допив кружку, уставился на меня своими огромными глазищами.

– И какие варианты?

– Ну наверняка там не все так просто, – медленно произнес я, напряженно размышляя, к чему он клонит.

– Божественная сущность – это дар, – неторопливо начал магистр. – У каждой сущности есть своя сильная сторона. У одного из тех, кого ты убил, это была способность управления причинными связями, говоря другими словами – создания разнообразных случайностей…

– А у второго? – решился спросить я, когда молчание слишком затянулось.

– Второй, как ты его называешь, при жизни имел имя Ларох. Имел непростую репутацию чистильщика.

– И что же он чистил?

– Именно! – Черный полированный коготь наставительно поднялся вверх. – Не кого, а что. Он чистил миры.

На секунду мне стало нехорошо.

– А как же Защитники миров? Местные боги?

– Да никак. Не тот уровень. Он мог разрушать тонкие связи мира. Энергетика просто равномерно рассеивалась в пространстве. Сам понимаешь, чем это грозит для живых существ сложнее микробов.

– А в чем засада?

Вычищавший кружку специальной щеточкой, магистр даже не обернулся.

– Почему ты спрашиваешь?

– Ну как? – Я пожал плечами. – Как подсказывает мой опыт, к каждой бочке чего-то вкусного прилагается некоторое количество тухлятины.

– Правильная мысль. – Арсой задумчиво осмотрел внутренности кружки, затем вздохнул и поставил ее на полочку. – Есть Дар и есть Проклятие. Это как две стороны монеты.

– И какое проклятие было у Тарремоны и Лароха?

– Этого никто не знает. Может, зуд в заду, а скорее всего, что-нибудь посерьезнее. Это ведь Дар на виду. Проклятием никто не хвастается. Что? Нет уже желания бежать в укромное местечко и втыкать носители?

– Изначально не было. Даром, что ли, я отдал миллион за денвенский процессор?

– Приятно удивил, – констатировал магистр. – Теперь и я тебя удивлю. Есть подозрение, что когда ты коснулся Тарремоны, то впитал в себя часть ее дара. Крошечную, но все же достаточную для возникновения мысли разделить носитель на две части.