Между Сциллой и Харибдой
- Автор: Зеленин Сергей Николаевич
- Серия: Я - Ангел #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Reanimator Extreme Edition
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Между Сциллой и Харибдой». Краткое содержание книги:
Сказать по правде – невероятно странный главный герой получился у афффтыря! Попав в эпоху НЭПа и обнаружив её сходство с нашими «лихими 90-ми», он бежит с инфой об послезнании не к Сталину – а к американскому профсоюзному деятелю, дружит не с Лаврентием Берией – а с Слащёвым-вешателем, перепевает не Высоцкого – а «Ти ж мэнэ підмахнула»…
Хм, гкхм… Российскую попсу 80-90-х годов.
Что за игру ведёт ГГ – решительно отвергнув все классические попаданческие каноны? Неужели он хочет не спасти СССР, а внутри «Красной империи» построить свою собственную – «теневую» промышленную корпорацию?!
Впрочем – читайте и сами всё узнаете.
И, такой порядок вещей продолжался до тех пор, пока те академики, профессора и прочие доценты – не ушли из науки естественным, так сказать, путём…
Гореть им в Аду[81]!
И здесь примерно такая история, правда – пока без жертв.
Миллионы жертв будут потом – во время кровопролитнейших сражений Великой Отечественной Войны. Когда из-за отсталости и нехватки средств связи – геройской смертью и по-разному, будут погибать в первую очередь солдаты…
Лишь потом – ни в чём не повинные старики, женщины и дети.
Тут, кроме уязвлённого самолюбия наших маститых «радио-зубров», конечно – главная фишка вот в чём.
В 1922 году, постановлением правительства был организован «Государственный электротехнический трест заводов слабого тока» (ГЭТЗСТ), объединивший практически все заводы советской радиопромышленности. За счёт однопрофильных предприятий (в том числе и Нижегородской лаборатории), с численностью персонала не более сотни каждая, в Ленинграде на скорую руку был создан гигант-монополист – напоминающий мне уродливо-непоротливого Франкенштейна, с численностью работников достигшей порядка пяти тысяч.
Это очень много, по тем временам!
Головной научный офис этого монополиста – «Центральная радиолаборатория» (ЦРЛ), в которой заправляли такие известные личности – как «переметнувшиеся» из Нижнего Новгорода Бонч-Бруевич, Вологдин, а также такие авторитеты – как Минц, Углов, Мандельштам, Папалекси, Циклинский и прочие.
Отчётливо понимая, что технология производства радиоламп в СССР – это возня в песочнице нанайских девочек, руководство «ЦРЛ» обратилось к Советскому правительству. То выделило дефицитную валюту и, после недолгих переговоров летом 1923 года – во Франции было закуплена технология производства радиоламп фирмы «Compagnie generale de L’Electricite» и, заключён договор сроком на пять лет для оказания технического содействия тресту «ГЭТЗСТ» в организации радиоэлектрического производства в СССР».
На Ленинградском «Электровакуумном заводе» (будущим «Светлана»), уже в том же 1923 году – был освоен выпуск радиоламп по французским образцам, которые долгое время будут являться основными электронными приборами для советской радиопромышленности.
А что такое радиолампа «французского образца»?
Это триод «ТМ» (фр. «Télégraphie Militaire» – по названию соответствующей службы связи), разработанный в 1914–1915 годах – за который годом позже, разработавшие его инженеры Феррье и Абрахама – были удостоены Нобелевской премии в области физики.
Эта лампы, как и их последующие модификации были универсальными: кроме прямого назначения – усиления и детектирования сигналов в радиоприёмниках, они могли применяться и как генераторы маломощных радиопередатчиков. При параллельном включении нескольких ламп – даже, как усилители мощности низкой частоты.
Конечно, в период Великой войны – это было, как Откровение Божие…
Однако, уже в начале двадцатых годов, универсальный «TM» и его аналоги стали устаревать – заменяемые специализированными радиолампами. В странах Западной Европы и США – произошла смена поколений, а СССР – закупив устаревшие технологии, как бы не на десять лет – отстал в радиопромышленности.
И вот теперь, после всего этого – является какой-то Вася из Нижнего Новгорода со своей стержневой радиолампой, кроющий этот триод «ТМ», как Годзилла с «ядрён-батоном» – последнего самурая с двуручной шашкой.
Представляете состояние наших «доцентов с академиками»?
Представляете их реакцию?
Может, предполагаете: они признаются, что лоханулись – купив у французов полный «отстой»? Что нанесли пролетарской казне убытки, а доблестной РККА – ущерб?
Это перед самой-то, Мировой революцией…
«Хахаха» – три раза!
Им гораздо проще заклевать какого-то Васю, чтоб не тот не умничал и не высовывался со своим «стержнем».
Нет, я вовсе не обвиняю облыжно руководителей «Центральной радиолаборатории».
В «реальной» истории, скорее всего – у них других возможностей не было: новейшие технологии им бы никто не продал – экономическая и технологическая блокада действовала, а до Великой депрессии – когда западные фирмачи и их правительства стали гораздо сговорчивей, ещё далеко. Бонч-Бруевич, Вологдин, Угов и прочие – сделали всё, что могли для создания и развития отечественной радиопромышленности…Без них бы – её б, вообще не было.
81
Гг изрядно всё попутал, ну да ему простительно – всего на свете помнить нельзя и «послезнание» – тоже не резиновое.
Но история вполне реальная!
Звали того венгра Игнац Филипп Земмельвейс врач-акушер, профессор, получивший прозвище «спаситель матерей» за обнаружение причин родильной горячки и один из основоположников асептики, внедривший в медицине практику мытья рук и инструментов. В период работы в Центральной Венской больнице, Земмельвейс снизил смертность рожениц до 0,85 %, тогда как в предыдущие годы по всей Европе внутрибольничные эпидемии родильной горячки уносили жизни до 60 % пациенток и их детей.
Но…
Открытие Земмельвейса опровергало сразу несколько догм, распространённых в медицине того времени, большинство коллег категорически отказывались внедрять его практику, а начальство усматривало в нём только угрозу своему положению.
Из-за сопротивления научного сообщества у Земмельвейса случился нервный срыв и развилась депрессия. В 1865 году сорокасемилетнего Земмельвейса без его согласия, обманом госпитализировали в психиатрическую лечебницу, где через две недели он умер от побоев, нанесённых ему сотрудниками клиники.
Так что осторожнее прогрессируйте, если что!